JD и малышка это что то... Выдайте ему 3х для полного закаваивания. Повзрослее, но что бы не боялись и затискали его. Как лев Бонифаций будет... Г-г-г
А Ева
Большое спасибо за этот отрывок.

Какая мирная и светлая глава (даже при таком её начале ). Затишье перед бурей? А до идеи о собственных детях Джею, похоже, как до Китая пешком, решил наверное, что его генетический код лучше не передавать.
Забавно, но я только сегодя утром подумала: интересно, как там Ева с Джеем? Как о своих знакомых.))))

Matahata, спасибо огромное за главу:-)
Ехала к отцу, зная, что выложено продолжение. Какой же облом был, когда оказалось, что интернет просто не дотягивается до места моего пребывания. Эх, это надо было видеть. Я только что на крышу не залезла! Через сутки отчаенных поисков связи, у оператора наступили минуты еле осязаемого просветления. 5 утра. В полусогнутом состоянии, боясь лишний раз дышать, я загрузила, наконец, страничку. Не зря я столько мучилась. Получила массу удовольствия. Джей неотразим Ну, Ви с Евой - те еще кадры. Здорово вышло.

Пиши еще

спасибо всем большое за похвалу. Это очень помогает, когда вдохновение стопорится (а без вдохновения мне не пишется ну никак)))

Очень теплая и нежная глава получилась))
Сцена ревности, так сказать, тоже умилила)) Спасибо огромное))

Моё видение Джея, когда его с малышкой сидеть заставили, пока Ева и Ви болтали и подговаривались, а "малышка дёрнула во сне ручкой")))

Vindi,

Vindi,

Matahata, *скромно присаживается рядом и тоскливо, жалостливо смотрит* как там твое вдохновение? Так хочется прочитать, что дальше... *честно понимает, что глава вышла... да и времени, наверно, мало... Но скучается же по истории*

Глава 9.


Ви стояла посреди комнаты Евы, и её брови ползли всё выше.

- Мартин… я тебе прибью. – Прошипела она. – Ева, и тебе это нравится?!

Девушка с сомнением оглядела обстановку. Комод, гардероб, стул, кровать… Добротно, качественно, ничего нигде не скрипит и не норовит отвалиться. Ну, немного массивно и строго – но не ей придираться к обстановке. Она пожала плечами.

- Меня устраивает.

- Как?! – Взвилась Ви. – Ты же девушка! Как тебя могут устраивать эти мастодонты?! Да где он это всё выкопал?! На провинциальной распродаже?! Вот знала я, что нельзя ему доверять покупку мебели для юной девушки. Мужлан!!!

- Да ладно. – Ева засмеялась. – Дарёному коню в зубы не смотрят.

- Коню, который дарит Мартин, в зубы надо смотреть обязательно! Иначе впарит клячу. – Ви, уперев руки в бока, снова огляделась. – Я тут всё заменю.

Ева представила себе грузчиков, таскающих это всё туда-обратно, перекладывание вещей, долгое ожидание новой мебели, наверняка заказной и от какого-нибудь дизайнера… и собственную неловкость от такого дорогостоящего внимания.

- Не надо. Меня устраивает, правда. – Фраза прозвучала почти умоляюще.

- И всё-то тебя устраивает… - Женщина оглядела Еву с ног до головы. – Даже с Джеем умудрилась сжиться… А ты непритязательна, скажу я.

- Я не вправе спорить. – Ева стушевалась, чувствуя, как снова краснеет. – Я домработница.

- Ты в первую очередь женщина. А уж потом домработница. – Отрезала Вивьен. – Я пришлю художника, пусть всю мебель распишет. Может, будет не так убого. Снимай свою кошмарную униформу!

Уфф… Ева вздохнула. И почему кошмарная? Обычное тёмно-синее платье с широкой юбкой и фартуком. Стандартный образ горничной. Но, видимо, творческий ум Вивьен Джахар видел образ прислуги звёздного пентхауса совершенно иначе. Ева почувствовала, как в ней поднимает голову поникшее за последнее время праздное любопытство. Интересно, какое платье ей пошьёт Вивиен? Дизайнерская униформа, надо же. Девушка отложила в сторону одежду и выпрямилась, смущаясь от оценивающего взгляда Ви.

- А чего лифчик не носишь? – Прищурилась Ви. – Впервые вижу современную девушку в комбинации.

- Н… не люблю я их… - Ева стушевалась. – И колготки тоже…

Она не могла объяснить, что ей так не нравилось в этих обязательных предметах женского туалета. Хоть убей. Но её передёргивало всякий раз, когда приходилось натягивать на ноги эти синтетические чехлы. Или удушливые косточки на грудь. Ей всегда казалось, что она задыхается, упакованная по всем правилам. И если чулки-колготки, хочешь-не-хочешь, приходилось носить, соответствуя рабочим требованиям, то бюст она предпочитала не одевать. Хоть в чём-то легче, право слово.

- О! – Вивьен почему-то оживилась. – Правда? Как интересно!

Дизайнер обошла её, оглядывая.

- Да ты просто конфетка, моя милая! Куколка! И как можно упаковывать такое чудо в монашескую робу?! И с такой грудью бюстгальтер, и правда, не нужен! Чего тут поднимать? И так всё превосходно торчит! Мужики, небось, словно мухи липнут?

Еву покоробило от такой прямолинейности. Прав был Джей – терпи. Приходилось терпеть. Не то хуже будет. Вивьен достала блокнот, карандаш и сантиметр.

- Приступим! Какие-нибудь пожелания будут? Встань ровно.

Ева выпрямилась и призадумалась. Какие пожелания? Колготки не носить!

- А можно сделать брюками?

- Можно, конечно, и брюками… Но ты будешь такая хорошенькая в платьице! Так и хочется тебя одеть во что-нибудь нарядное!

Тогда зачем спрашивала о пожеланиях, спрашивается? Девушка поморщилась, представив себя в рюшах и оборках. Или в чём-нибудь похожем, только жутко модном.

- Мне бы хотелось брюки, всё же…

- Эх… - Ви обошла её. – Ты в этом вопросе такая же несговорчивая, как и Джей. Подними руку. Вбок, а не вверх.

- А разве Джей с тобой спорит? – Ева послушно подняла руку как требовалось. – Я думала, что он покорно исполняет всё, что ты скажешь.

- Покорно?! Ха! Слышала бы ты наши с ним ссоры! Вернее, слышала бы ты, как я на него ору, пока он отмалчивается. Он только кажется покладистым, а на самом деле упрямый, как осёл! – Ви зло черкнула что-то в блокноте. – Сколько великолепной кожи я зазря перевела, помнится! До сих пор обидно! Так всё и валяется, ни разу не надетое! А с его габаритами, попробуй кому продай ту одежду!

- Кожи? – Девушка удивилась. А… точно, у него нет ничего кожаного. – А ведь рок-музыкант, они все в коже ходят.

- Вот и я так решила! – В голосе Ви зазвучала незабытая обида. – Брюки, куртки, плащи, концертные костюмы! Мне так радостно было их делать… А он наотрез отказался это всё даже мерить! Я чуть голос не сорвала – а ему хоть бы хны! Замолчал, замкнулся – и всё тут. Как об стену горохом! С тех пор приходится согласовывать материалы с ним…

- Я заметила. У него только натуральные ткани в одежде.

- Натуральные ткани, много света и воздуха – вот что он любит. Ничего неудобного или стесняющего движения – прямо как ты со своими лифчиками и колготками. – Ви ухмыльнулась. – Но я у него на поводу не иду – и шью ему настолько облегающую одежду, насколько он позволяет и даже уже. У меня рука не поднимается прятать такое тело в балахоны!

И это значило, что Еву ждут юбочки и оборки, надо полагать.

- Ну да… он хорошо сложен. – Смущённо заметила девушка.

- О! Так ты обратила внимание? – Ви хихикнула. – Великолепное телосложение! Он таким к нам и пришёл, только тощий был немного. Над его телом кто-то знатно в своё время потрудил… ся…

Ви сбилась и испуганно уставилась на Еву:

- Ну… в смысле…

Они смотрели друг другу в глаза – и ни одна не могла вымолвить ни слова. Другое значение только что прозвучавшей фразы упало холодной глыбой. Ева пытливо посмотрела на Вивьен. Может, Ви, в отличие от Мартина, знает больше?

- Ви… что с ним случилось?

Та вздрогнула и отвела глаза.

- Я… не знаю… Вернее, кое-что знаю, конечно… но слишком мало…

- Неужели у тебя не получилось выпытать ничего? Ты же такая настойчивая…

- Настойчивая… В этом вопросе моя настойчивость была бы… губительной. - Она стиснула карандаш. – Я знаю, что он какое-то время в юности жил при цыганском цирке. Многие из ожогов и мелких порезов оттуда. Профессиональное, так сказать… И когда Мартин его привёл, те страшные рваные шрамы на плечах и животе были ещё свежими...

Ви замолчала, пытливо глядя на Еву. – Это всё, что я знаю. А вот что с ним было до этого, кто изуродовал его… я могу только догадываться. Но догадки – это только догадки. В них нет правды. И не проси меня ими делиться.

Ева поджала губы. А я только собиралась попросить. Значит, и Ви не в курсе. Она посмотрела на смуглую невысокую женщину. И всё равно, она знает куда больше, чем я или даже Мартин. Женщине доступно увидеть то, что мужчина не заметит. И эта Ви не так проста и прямолинейна, как хочет казаться.

- Мартин сказал, что ты привезёшь новую маску.

- Бабский заговор. – Усмехнулась та. – Когда мужик пасует перед сложностью, в дело вступают женщины.
Ви полезла в сумку и вытащила оттуда небольшой свёрток.

- Хотя, перед этой проблемой пасую даже я. Не представляю, что надо сказать Джею, чтобы он согласился на новый имидж.

«Не сказать, а спеть». – Подумала Ева, принимая из рук женщины невесомый свёрток. Она развернула тонкую шуршащую бумагу. Маска была такой же, как его остальные – тот же стиль, только без росписи. Наверное, концертные варианты будут изготовлены после согласия Джея. Эта маска заканчивалась аккуратным полукруглым изгибом под носом, отрывая рот, подбородок и плавно заканчиваясь на челюсти. Тот, кто изготовил её, точно знал, где и какие шрамы у Джея. Что ж, попробуем. Попытка не пытка. Хотя, как знать… Что ж ему сказать-то… Ева завернула маску и убрала в шкаф. Ещё один тайник плюс к карте с фотографиями. Я прямо-таки доверенное лицо, получается. – Девушка усмехнулась. – С обеих сторон.

- Давай Ева, иди сюда. – Ви нетерпеливо постукивала карандашом по блокноту. – Пора заканчивать. А то Джей там, наверное, извёлся весь.

Ева засмеялась: - А он не на шутку перепугался, когда ты всучила ему ребёнка.

- Конечно, перепугался. – Ви внимательно изучала записи в блокноте. – Ведь когда-то он не смог уберечь от гибели девочку, которую оберегал…

У Евы в груди всё оборвалось. – …Что?..

- Ничто... Можешь одеваться.

- К… как это? И ты… ты отдаёшь ему ребёнка, зная об этом?!

Ви жёстко посмотрела на Еву: - А ты что, думаешь, Джей её погубит?

- Нет! – Ева похолодела. – Но он же сейчас с ума сходит!

- Ничего страшного. – Взгляд Ви потеплел. – Может, призадумается о чём полезном.

Ева сжала в руках старое платье.

- Ви… расскажи мне…

Ви нахмурилась, сворачивая сантиметр.

- Ну… Джей в подробности не вдавался. Это была цыганская девочка. Она, конечно, старше была, чем Сара – около одиннадцати лет. Её задрал ручной медведь. Ну, знаешь, цыгане с такими выступают. И Джей считает, что это он виноват… Только, по мне… недоговаривает он много… Джей вообще крайне неохотно о себе говорит. Этот рассказ я вытянула силой, и то в качестве платы за оглохшее ухо. И больше он мне ничего не рассказывал. Кстати, не стоит будить его от кошмаров…

- Что? – Ева моргнула.

Ви вдруг широко улыбнулась.

– Он мне не очень доверяет, знаешь. Всему виной мой характер: я слишком активная и бестактная, наверное. И потом, Джей – мой фетиш. И фетиш от этого, мягко говоря, не в восторге. Знаешь, я помешана на красоте… Так вот, если бы он прожил нормальную жизнь – он был бы знаменит на весь мир. Он и так знаменит, конечно… но его бы все знали и как необыкновенно красивого человека. У него странная красота, животная… но… я знаю его семь лет и не перестаю удивляться! Всё время, когда я смотрю на него, я вижу его не таким, какой он есть сейчас – а таким, каким он мог бы быть. Эта пластика, грация, телосложение, пропорции лица и тела! Он словно из сказки пришёл, из мифа! Я была одержима им какое-то время! – Ви засмеялась. – Как хорошо, что мой муж всё правильно понимал. Я даже дочь хотела назвать так же, но Мартин меня отговорил. Сказал, что Джей рассердится. Он ведь и уехал от нас только потому, что не хотел, чтобы ребёнок рос рядом с ним. Он… он ненавидит себя, знаешь… Хотя, нет, не так… он видит себя совершенно иначе. В каком-то искажённом урезанном свете. Ты думаешь, из-за чего я сейчас так на него рассердилась? Он не меня оскорблял, а себя… И это меня просто убивает…

Ева смотрела на неё. Эта женщина знает Джея уже семь лет. Она видела его таким, каким он был до… Она помогала создать этот образ. И стояла у истоков всего…

- Ты любишь его? – Вопрос вылетел неожиданно и как-то сам собой.

- Не знаю… иногда кажется, что – да… а иногда совсем наоборот… Он… - Ви горестно посмотрела на Еву. – Когда-то я была в детском доме, в юности, с какой-то благотворительной миссией. Так вот – у тех детей на уровне инстинкта заложено умение влезать человеку в душу. Они продырявят тебе сердце в надежде, что им будет позволено занять образовавшуюся пустоту. Что от них не отвернутся, полюбят, возьмут к себе... Наверное, эта черта присуща всем брошенным детям… А Джей… немного не такой… он инстинктивно пронзит тебе сердце, но даже не подумает этим воспользоваться. А может, просто не заметит… не знаю… Он… он такой замёрзший… Мы с Мартином отогревали его семь лет… мало толку. Может, у тебя получится…

Как? О чём ты говоришь?! Если уж у тебя не получилось, то как я смогу? Я?! Человек со стороны… Ева смотрела на Ви во все глаза и молчала. Они чего-то хотят от неё, Ви и Мартин. И стесняются сказать. Или, скорее, специально молчат. О чём я должна догадаться сама? Что понять? И что вы хотите, чтобы я для него сделала?

- Ты хочешь, чтобы я помогла ему? Но КАК?!

- Если б я знала… - Ви растерянно посмотрела на Еву, - …я б тебе сказала. Мы решились на этот поступок – поселить Джея наедине с молодой девушкой – сами не зная, на что, собственно, надеясь. Так… шаг, продиктованный отчаянием и необходимостью. Возможно, это глупая затея, обречённая на провал; а возможно, милость провидения… кто знает.

Ви подошла к Еве и ласково заправила ей за ухо рыжую кудряшку. – Ты не думай особенно. Просто будь рядом, пока в силах. И кто знает, что откроется тебе… Ты увидела его – и ты третий человек после Мартина и меня, которому он позволил остаться рядом.


Он так и не успел одеться. Стоял посреди гостиной с этой козявкой на руках. Мокрые волосы прилипли ко лбу, но убрать их не было никакой возможности. Когда девчонка начала орать, пришлось взять её на руки. Она тут же успокоилась, но спать наотрез отказывалась. Скрипела, сопела, дёргалась и брыкалась. Он боялся её уронить. И держать боялся. Раздавить, навредить, сломать, испугать. Она казалась такой хрупкой и малюсенькой. И распищалась, когда он попытался уложить её обратно на диван. В люльке своей тоже отказалась лежать. Упёртая, как мамаша. Ви! Ви! Ви! Вивьен!!! Где ты, зараза?!

Когда она, наконец, появилась, у него уже волосы дыбом стояли. Ви упёрла руки в бока и расхохоталась.

- Ха! Двухметровый нянь! Это надо запечатлеть!

Джей одарил её испепеляющим взглядом. Не видать тебе демонстрации новых коллекций в этом году, так и знай. Ви и бровью в ответ не повела и достала телефон. Издеваешься, да? Появилась Ева и замерла, от удивления раскрыв рот. Да, представляю себе зрелище… Сейчас хихикать начнёт. Два сапога пара. И точно – девушка тут же прыснула в ладошку. Но спектакля устраивать не стала, а быстро подскочила к нему.

- Давай заберу. – Её глаза так и искрились сдерживаемым смехом. Она подошла почти вплотную и потянулась к ребёнку. Пригнувшись, Джей осторожно переложил малявку в её руки. Та опять недовольно сморщилась и заскрипела. Вот уж нет, не дождёшься! Отдав ребёнка, он бессильно выдохнул и согнулся пополам, упёршись руками в колени. Кошмар… Голова кружится. И спина болит. Ева стояла рядом и, уже не сдерживаясь, смеялась.

- Что, тяжело? Выглядишь так, словно марафон пробежал.

Ага, пробежал… и море переплыл. Он вытер мокрый лоб и покосился на девушку. Она держала малышку на руках и с мягкой улыбкой смотрела на него сверху вниз. Что?

- Ну просто медовые будни молодых родителей! – Вдруг весело пропела Ви. Ева вздрогнула и отшатнулась в сторону, краснея. Он поднял голову – ехидна стояла невдалеке и хитро улыбалась, нацелив на них камеру телефона. Джей помрачнел.

- Ты! Никаких. Новых. Коллекций. – Он выпрямился и хмуро посмотрел на вытянувшееся лицо Ви.

- А!.. Джей!.. Мы так не договаривались!..

Джей молча развернулся и поискал взглядом футболку. По диванам вокруг был раскинут целый ворох одежды – найти тут нужное было делом весьма затруднительным.

- Ну ладно… извини. – Ви нарисовалась перед ним, виновато протягивая ему искомую одежду. – Не сердись. И ты довольно ловко с ней управлялся.

Он выдернул футболку из рук женщины. Извинением не отделаешься. Оставила ему ребёнка и ещё комедию из этого разыграла. Неизвестно почему, но последнее рассердило его сильнее всего. Молодые родители… дура чёртова… Он спрятался от Вивьен в ванной, сердито хлопнув дверью. Плюхнулся на диван и устало выдохнул, уронив лицо в ладони. Всё… без сил… И как он умудрился семь лет прожить с ней в одном доме, остаётся только удивляться. Видимо, рядом с мягкой жизнерадостностью Евы он напрочь отвык от напористой энергичности Вивьен Джахар. И как Мартин с ней уживается? Уфф… Джей устало потёр лицо. Руки пахли ребёнком. Сумасшедшее утро… Чтоб мне ещё раз взять на руки младенца?! Да ни за что! Не бывать этому!
Он задумчиво рассматривал свои ладони. Никогда… Не бывать этому.


Ева готовила ужин, поглядывая на Джея. Он снова взялся за работу. Это не могло не радовать. Девушка улыбнулась. После ссоры он так и не вышел из ванной, пока Ви не уехала. И Еве пришлось наблюдать за всеми метаниями Вивьен, когда до той дошло, что угроза Джея была не просто угрозой, а твёрдым решением. Он наотрез отказался одевать что-либо из её новой коллекции. И никакие уговоры, угрозы и извинения Вивьен на него не действовали. Нет – и точка. Нашла коса на камень, что называется. В итоге всё закончилось тем, что с Евы взяли обещание посодействовать в щекотливом деле и переубедить Джея. Боже мой. Я тут домработница, а не жена, знаете ли! И ещё сложный вопрос с маской, который тоже предстояло решить... Ева вздохнула. Наверное, сегодня лучше вообще не заикаться о просьбах Джахаров. Она впервые видела Джея таким злым: глаза у него враз посветлели и чуть ли не светились от гнева. Девушка по своему опыту знала, что разозлить его – задачка не из лёгких. Но Ви явно перегнула палку своими шуточками. Даже Еву пробрало. Она скривилась. Не представляю, как он жил вместе с Джахарами… Встречаясь, они чуть ли не искры высекают, все трое. В данный момент буря миновала, и Джей спокойно и молчаливо маячил по квартире между диванами, окнами и роялем. Вполне привычная мирная картина. Ева с трудом оторвала от него взгляд и вернулась к работе. За последние дни она столько всего о нём узнала… и не узнала ничего... Туманные объяснения четы Джахар больше сбивали с толку, чем проясняли ситуацию. Им было известно больше, чем кому-либо, но делились они информацией как-то выборочно. Не верилось, что даже Мартин с Ви не знают о Джее ничего конкретного. Одно она могла сказать точно: Джахары явно затеяли какую-то интригу, поселив с ним девушку. И это было бы, вообще-то, понятно и вполне объяснимо, если бы не одно но: романтически-интимный аспект ни одним из интриганов, по всей видимости, даже не рассматривался. Почему? Ведь это первое, о чём подумаешь, увидев живущих вместе мужчину и молодую девушку… Так нет же… Ну это, наверное, даже хорошо – и ей спокойнее!.. Но, с другой стороны, что-то в этой ситуации неимоверно Еву расстраивало… Ведь это ненормально, как ни крути... Или Джей изранен сильнее, чем можно предположить? Штаны-то она с него не снимала, чтобы проверить… а… Ой! Ева резко выпрямилась, мучительно краснея. О чём это я?! Дура-дура-дура-дура! И какие только мысли в голову не полезут, если дать той голове расслабиться! Она похлопала себя по щекам. Ух… Хватит с меня – я сегодня на всю жизнь накраснелась.

И всё же… Девушка отложила в сторону нож и задумчиво уставилась на Джея. Что-то тут не то. Не думаю, что им не интересовались за все годы его карьеры. У знаменитостей есть огромное преимущество перед обывателями: каковой ни была бы их внешность – в глазах людей они всегда сексуально притягательны. Это магнетизм неординарной личности, притяжение возвысившегося над толпой человека. Магия успеха. Уверена, что многие и многие мужчины и женщины искали его внимания. И простые поклонники с минимальным шансом попасть в поле зрения звезды, и люди его круга, с куда более широкими возможностями. Но в жизни он был поразительно флегматичен в этом вопросе, хотя на сцене его сексуальность просто зашкаливала – даже на видео чувствовалось, а о живом присутствии и говорить, наверное, не стоило. Ева сама прожила с ним бок о бок многие недели – и моменты, в которые она чувствовала, что живет рядом с мужчиной, можно было по пальцам пересчитать. Хотя, учитывая динамику последних событий, скоро ей пальцев не хватит… Уфф… А всё Ви виновата, с этими её шуточками. Ева сердито застучала ножом. Хватит с меня этих Джахаров ненормальных. Но… Девушка снова задумалась, остановившись. Как-то они однобоко на Джея смотрят – и Ви, и Мартин, несмотря на всю свою любовь и заботу. Одна чрезмерно восхищается и видит не его самого, а какой-то идеальный образ. Другой тоже восхищается – но уже талантом, проницательностью, деловым чутьём. И всё? А человек где? Где настоящий Джей за вашими восторгами? Ева призадумалась – а каким вижу его я? Она оглядела его с ног до головы. Высокое гибкое тело, собранная в пучок чёрная грива. Плечи, спина, длинные ноги. Голос… Золотые глаза, всегда такие разные… Непостижимый, невероятный… Я… я так много узнала… и ничего не знаю... Что ты любишь на самом деле? Что восхищает тебя, а что расстраивает? Какие тайны сокрыты за этими удивительными глазами? Хотя бы предположительно? Ничего… Он заперт на все засовы. Ей казалось, что она открыла несколько замочков – но Джей, лишившись маски, заперся ещё крепче. Одно она знала наверняка – он однозначно не любит её пение. А ещё боится младенцев. И довольно лихо может подколоть собеседника. Иногда становится оборотнем и носится по своему заколдованному ночному царству. Обожает мыться и терпеть не может мокрые волосы. Бесшумен, как кот. Никогда не откажется от шоколада. Засыпает, когда кто-то возится с его волосами. Видит в темноте и может растопить камин с одной спички. И спит на животе. Ну… не так уж и мало. Правда, подруга? Ева улыбнулась. Одно можно сказать точно – она сейчас на своём месте.

Интересная глава (как и всегда ). А упоминание о сексуальном аспекте наводит на нехорошие мысли о прошлом Джея, очень нехорошие.

Вивьен ударная сила. Бедный Джей. Действительно Ева со своим ребячеством и мягким озорством с ним все-таки помягче обращается. Такие упрямые оба, хотя Джей упрямый, а Ева упорная. Хорошее сочетание. Кто кого в результате? Ставлю на Еву.
Спасибо за продолжение!!!

Бедный Джей, как он терпит общество Ви, для него общение с ней должно даваться тяжеловато, но зато он научился ее на место ставить - сказал, как обрезал
Как Ева в кучку собирает все узнанное о Джее, с такой заботой и нежностью.
matahata, спасибо за продолжение!

matahata, спасибо за проду

matahata, спасибо огромное, я по ним скучала!
Классный кусок.
Еще немного ближе.

Спасибо, спасибо, спасибо

Да! Да! Молодец, Ви!
Спасибо matahata, прямо небольшое разряжение обстановки. Несмотря на обиду Джея, все воспринимается легко, с улыбкой. После предыдущих тяжелых глав просто вздохнулось легче. Думаю, это заслуга Вивьен и ее неуемной энергии.
История про девочку ужаснула, конечно, понятно, почему Джей так боиться детей. Но что-то мне кажется, что он винит себя просто потому, что это случилось (он может вообще не виноват, а шрамы, свежие которые на тот момент были,получил пытаясь вырвать девочку уже из лап медведя...и не успел). Не легко Еве будет его отогреть...

Глава 10.

Горящие факелы вертелись в бешеном танце. Под ногами – педали, рядом коряво топчется разукрашенный лентами Тэд. В его собственных волосах тоже ленты. Жёлтые, зелёные, пёстрые. Любимое занятие Розы. Он косится на танцующего медведя, одновременно следя за факелами. Руки привычно подхватывают древко и отправляют горящую палку в её кувыркающийся полёт. Лиц зрителей не видно – просто тёмная, блестящая белками глаз масса. Здесь, на краю мира, их не так-то и много. Теперь самое сложное – слезть с колеса и передать его Тэду. Медвежонок с трудом и только недавно освоил этот трюк. Мягко подались под ногами опилки арены. Он подбросил факелы повыше и оглянулся на косолапого напарника. Подросток-медведь лежал на боку, слабо прогребая лапами и глухо, мучительно и совсем по-человечески стонал. В его боку торчали вилы. Новёхонькие. Что-то вязко булькало в медвежьем боку. Удушающий, кошмарный запах. Кровь, экскременты и ещё что-то... Отвратительное... Как темно… Слабо чадит факел. Он в панике оглянулся. Кто же?.. И увидел. Она лежала недалеко, еле освещённая тусклым светом. Кровь... Кровь пропитала волосы, торжественно подаренную в знак зрелости цветастую юбку, горло разодрано. Прекрасные, сказочные глаза тускло смотрели прямо на него. Нет-нет-нет-нет!!! Он рванулся вперёд.

- Ты не уберёг меня, Бэнк… - Шелестел бестелесный голос.

Вязкая, вонючая земля кусалась, впивалась в ноги, неохотно, с тяжёлым всхлипом, выпуская его. Вдалеке кто-то смеялся.

- Ты не уберёг меня…

Вперёд, с усилием выдирая ноги из липкой склизкой глины. Скорее, скорее… Темнота заполнялась кровью. Перед глазами назойливо замелькали светлячки.

- Ты не уберёг…

Он рвался. Мелкие светящиеся жучки роились и жужжали. Размеренное жужжание перерастало в скрипучий, раздирающий уши визг.

- Бэнк…

- Не-е-ет!!!

- Бэнк!!! Это сделал Бэнк!!!

Люди галдели. Толстый барон постарел на полвека. Добродушные щёки обвисли. На отупелом от горя лице жили только глаза. И эти глаза ненавидели его. Мудрые когда-то руки указывали на него, смешливые когда-то губы твердили:

- Ты… Ты… Ты… умрёшь за это.

Это не я. Это не я. Она была моим другом. Другом!

- Бэнку девушки не улыбаются. Он может брать только силой.

Бэнк обернулся. Он знал этот голос. Улыбчивый голос любимца женщин. Рол. Чёрные молодые глаза с усмешкой смотрели на него. Но на их дне плескался страх. Внутри что-то лопнуло. Тот, другой, проснулся и поднял голову. Издал глухой раскатистый рык, воспользовавшись человеческим горлом. От Рола пахло кровью. И страхом. И ещё кое-чем. Гнусным. Удов-летво-рён-ным. Ты. Это сделал ты! Это ты сделал!!! Зверь хрипло взвыл. И ринулся изнутри. Бился, царапался, рвался из оков, захлёбываясь яростью. В рёве разинутая пасть, кровь и слюна с клыков. Хищная природа корчилась и выла, в клочья раздирая его грудь. Кровавая пелена застила взор. Убью. Убью тебя. Он молча сузил глаза, подобравшись. Сейчас...

- К Клеверу его. Долгой ему смерти. – Безучастный голос того, кто был добр, эхом пронёсся по пустой тёмной арене. Мигнул и потух факел. Опилки впитывали кровь.


Он задыхался. Свернулся взмокшим клубком на огромной шикарной кровати и задыхался, жадно и тяжело хватая ртом воздух. Пальцы железом впивались в грудь. А... А-а-а-а... Чё-ё-ё-рт…


Ева вздохнула. Разгладила руками рубашку и взялась за утюг. Снова вздохнула. Поймав себя на мысли, что она вздыхает уже в пятый раз, не успев выгладить даже одну рубашку, девушка встряхнулась. Работать! Однако, догладив, она вздохнула снова. Ну что ты будешь делать… Ева покосилась на подоконник прачечной. Там, белея тонкой бумагой, лежал свёрток – причина всех её сегодняшних расстройств. Как она ни тянула с этим делом, откладывать его ещё дольше не имело смысла. С момента визита Ви прошло уже четыре дня, а воз был и ныне там. Недавно, побуждаемая нескончаемыми звонками Вивьен – «ну как, он согласился носить новую одежду?» - Ева подняла этот вопрос в разговоре с Джеем. Она очень старалась упомянуть о просьбе Ви небрежно и как бы невзначай – но наткнулась на такой жёсткий взгляд, что споткнулась на полуслове и больше о новой коллекции Вивьен Джахар даже не заикалась, потеряв всю охоту той помогать. В конце концов, эту кашу миссис Джахар заварила сама – решила девушка – вот пусть сама и расхлёбывает. Но это не отменяло проблемы с маской. Еве стало обидно. Такие умные люди, Мартин и Ви, переложили на неё, на домработницу, проблему, об которую сами поломали себе все зубы. Девушка снова вздохнула и покосилась на маску. И что ему сказать-то? О том, чтобы петь, даже речи не шло. Почему-то она была уверена, что на этот раз, несмотря на всё её недавнее бахвальство, номер с «Крошкой» не пройдёт. И что, решись она её снова спеть, последствия будут непредсказуемыми. Ева подняла глаза к потолку, представляя себе эти последствия: начиная с убийственно-раздражённого взгляда и заканчивая… чем? Испорченными отношениями, надо полагать… Джей в последнее время был не в настроении и ходил мрачнее обычного. Запись, по его словам, шла не так, как надо… Ева вздохнула. Отложив в сторону утюг, она подошла к окну и взяла маску. Тихо зашуршала бумага. Строгие линии, изящные вырезы глаз. Красивая и лёгкая. Девушка приложила маску к лицу. Ей она была большевата – и вид за окном пришлось рассматривать в полтора глаза. Она подвигала маску на лице. Вот так смотрит на мир Джей. Картинка в обрамлении глазниц. Вздохнув, она завернула всё обратно. Итак, что сказать? Что в маске он будет смотреться намного лучше? Ага, как же… Ева тут же представила себе красноречивый взгляд «и в каком месте эта рожа будет выглядеть лучше?» Как ему доказать, что у него настолько красивые губы, что просто глаз не отвести? Что, увидев его в новой маске, люди начнут изнывать от этой тайны, волнующей и будоражащей воображение. Что интерес к его личности вырастет во сто крат, а сочетание нового имиджа с выходом нового альбома будет иметь эффект разорвавшейся бомбы? Ева хмыкнула и поморщилась. Слово в слово рекламная речь Мартина Джахара. Она вернулась к гладильной доске. А какие слова нашла бы она сама, Ева? Девушка задумчиво разгладила руками очередную вещь – трикотажную кофту – и вздрогнула. Ту самую. Немного бесформенная бежевая кофта крупной трикотажной вязки на больших деревянных пуговицах и с одним карманом. Ева сгребла её в охапку и зарылась лицом в мягчайшую ткань. Ничем не пахнет. Вернее, пахнет – но стиркой. Порошком и кондиционером немного... Эх… Она потёрлась о кофту щекой. Что бы я сказала? Что люди пугались бы меньше при виде тебя. Что открытые губы – это возможность хоть как-то видеть твои эмоции. Что даже слова твои будут восприниматься легче. Привычнее и понятнее. Люди всегда в разговоре смотрят на губы. Или в глаза. Так будет значительно проще. Не у всех же есть возможность месяцами учиться понимать твоё настроение по жестам, взглядам, по мельчайшим, трудноопределимым деталям. Маска – это неизбежная стена между тобой и людьми. Почему бы не пробить в ней хотя бы маленькую брешь?

Ева понуро вернулась к работе. Ну не знаю я, что сказать! И что будет после того, как скажу… Ей меньше всего хотелось услышать в ответ нечто вроде «не в своё дело лезешь». Девушка поёжилась. Такая холодная фраза. Я не хочу такое слышать! Хотя, если совсем уж честно, я лезу не в своё дело... Она снова покосилась на маску. Ну что за беда, а?! Мартин, ну ты и крыса!


В висках тягуче и тупо стучало. Не больно, нет. У него никогда ничего просто так не болело. Но противно. Он налил себе вторую кружку кофе. Плюхнулся на диван и уставился в потолок. Высокий белый потолок шикарной квартиры. Богато обставленная норка. Когда-то у него даже мыслей не возникало о собственном жилье. Даже о какой-нибудь убогой лачуге на окраине провинциального городишки. А вот теперь, смотри – элитная квартира в самом центре огромного парка, в крупнейшем мегаполисе страны… И всё, что для этого потребовалось – время от времени переписывать то, что копошилось в его голове. И изредка ослаблять оковы, вступая в ирреальное пространство сцены. Он прислушался к звучащей внутри музыке. Не то. Нет ответа на мучавший его вопрос. Вчера начали запись новой песни. Текст хорошо ложился на мелодию. Казалось, всё как надо. Но при исполнении… не то. Всё не то, не так. Музыка не подходила под текст. И настроение песни вытекало из корявого обрамления, как из дырявого корыта. И он никак не мог поймать маячившую на задворках сознания мысль. Ту единственную деталь, которая увязала бы всё вместе. «Задыхается надежда - ты коснулась моей жизни лишь слегка». Что за чёрт? Как ему сегодня работать?! Джей яростно потёр лицо. Это случается теперь всё чаще. Его новая музыка входит в диссонанс с собственным создателем. Внутренний разлад, который он не в состоянии решить. Он поморщился. Такими темпами даже фанатик-Бен скоро от него сбежит, не выдержав постоянных переделок. Он выпрямился, потянувшись за кружкой – и вздрогнул. Перед ним стояла Ева. И отчего-то сильно нервничала. Что такое?

- Джей… - Она замялась.

- Что?

Девушка переступила с ноги на ногу, колеблясь. В руке у неё был свёрток белой тонкой бумаги. Подозрительный свёрток крайне подозрительной формы. Он откинулся назад, начиная догадываться, что к чему. Ну ты и сволочь, Мартин. Тупой стук в висках усилился. Он мрачно уставился на свёрток. Нет, на новую маску, завёрнутую в шуршащую бумагу.

- Мартин решил подставить тебя? – Джей поднял на Еву глаза. – И как он тебя заставил?

Ева вздрогнула и испуганно посмотрела ему в глаза. – Н… нет, никто меня не заставлял!

- Тогда что он тебе пообещал? – Он смотрел на неё спокойно, но внутри закипала злость.

- Ничего! – Ева резко выпрямилась и покраснела. – Я сама согласилась!

- Почему?

- Я… я ещё до Мартина об этом подумала. Что так будет… лучше. И проще.

Смотреть на то, как она нервничает и запинается, было, отчего-то, мучительно. Очевидно же, что не по её силам это задание. И что Мартин навязал ей его в типичной для себя небрежной манере. И что теперь у неё нет другого выхода, как топтаться сейчас перед ним, заикаясь… Он старался говорить спокойно.

- Кому будет проще?

Ева испуганно сжалась.

- В… всем, наверное… Людям будет проще понимать тебя... И тебе будет проще… донести до них то, что ты хочешь им сказать.

- Зачем мне это? – Он уставился на неё исподлобья, не в силах справиться с раздражением. Возникло ощущение, что девушке нестерпимо хочется забросить эту злосчастную маску в какой-нибудь угол и сбежать поскорее отсюда. Но она оставалась стоять на месте. Маленькие ручки, сжимающие маску, дрожали. Она отчаянно вскинула на него глаза.

- А зачем тогда всё?! – Ева чуть ли не плакала. – Для чего тогда ты выходишь на сцену?! Не для того ли, чтобы рассказать о себе?! Иначе какой в этом смысл?!

Он молчал, сверля её взглядом. А не много ли ты на себя берёшь, а?!

- А тебе какое дело? – Раздражение нашло выход. Девушка вздрогнула и отступила назад. Джей с каким-то злым удовольствием увидел, как по её щеке скатилась-таки сорвавшаяся слеза. Она смотрела на него, не находя слов. Потом опустила голову, пряча слёзы, и принялась разворачивать маску. Руки дрожали и рвали тонкую бумагу. Достав, наконец, маску, она положила её на каминное стекло, нервно комкая упаковку.

- В… вот… я её здесь оставлю... Хочешь – одевай, хочешь – выброси.

Ева утёрла слёзы и, выпрямившись, отважно посмотрела ему прямо в глаза.

- Я считаю, что так будет лучше. Я подумала об этом, едва увидев твоё лицо. Людям будет легче общаться с тобой – и тебе станет легче. В конце концов, необязательно прятаться, чтобы просто сделать глоток воды. Можно выпить кофе наравне со всеми… Одной стеной меньше… хотя бы…

Она запнулась и, резко развернувшись, ушла. Джей перевёл глаза на камин и маску, лежавшую там, как раз рядом с его кофейной кружкой. Чёрт. Он посидел минуту, не двигаясь. Как-то… плохо… От всего случившегося ему было не по себе. Неприятно и мучительно. В конце концов, он взял и кружку, и маску. Она была почти такая же, как его старые, за исключением нижней части. Шрамы на щеках видны не будут. Только те, что на губах и подбородке… Достаточно, чтобы опознать человека... Хотя, многих, кто знал бы об этих шрамах, уже давно нет в живых… Он положил маску рядом с собой и принялся за кофе. В висках стучало. Чёрт! Устраивает она тебя, да, Мартин?! По-о-олностью… Он нахмурился и уставился в окно. Это бизнес. Использовать людей, добиваясь цели – обычное дело. Особенно таких податливых, как она. Особенно когда в её жизни нет ничего более. Чёрт… Он покосился на маску. Вот чёрт подери! Джей, хмурясь, принялся за кофе. Он признавал, что Мартин прав – ход со сменой имиджа перед выходом нового альбома проигрышным не будет. И Ева права, утверждая, что жизнь его станет проще. Маску давно пора сменить, но… но что? Остаётся только одно но – его собственные опасения. Его страхи. Одеть эту маску – это выставить себя напоказ. На него и без того пялятся сверх меры! Чёрт! Страшно представить, что начнётся! И это риск… какой-никакой, но риск… Джей посмотрел в ту сторону, куда ушла девушка. Зря это он… ч-ч-ёрт…


Ева едва успела добраться до своей комнаты, как её прорвало. Она схватила подушку и, уткнувшись в неё что было сил, завизжала. А потом разревелась. Такие проблемы не пристало решать простым домработницам! Я только порчу всё! Ничего-то я не добилась! Она подняла голову, всхлипнув. Нет, чего-то она, всё-таки, добилась. Раздражённого «А тебе какое дело?» Ева отчаянно скривилась и снова уткнулась в подушку. У-у… У-у-у-а-а!!! Это не Джей, а кто-то другой! Кто-то чужой! У неё враз вылетел из головы весь тщательно продуманный текст, все железные доводы. Она так растерялась, что скомкала все мысли в кучу в каком-то бестолковом монологе и сбежала. Пусть и не самовольно, но она, как ни крути, влезла в его дела… Ева сморщилась. Что теперь? Прости-прощай, прежние хорошие отношения? Снова безликие роли хозяина и прислуги? А-а-а! Она упала лицом в кровать и зарыдала. Дура! Зачем я только взялась за это всё?! У-а-а!!! Всё пропало!..

Нарыдавшись, она с час бессильно валялась на кровати. Потом встала, умылась и привела себя в порядок. Сколько времени? Полдень. Ева вздохнула. Джей уже уехал, наверное. Чем ей сейчас заняться? Наверное, стоит вернуться к глажке. Девушка поморщилась. Ничего не хочу. Вот вообще ничего не хочу делать! Она выглянула из кухни. Никого. На каминном стекле одиноко стояла кофейная кружка. Джей сто процентов уехал, не позавтракав. Ева скривилась. Сегодня явно не мой день. Сегодня я даже свои прямые обязанности выполнить не в состоянии! Она забрала кружку. Едва отойдя от камина, вдруг замерла и резко обернулась. А маска где?! Девушка пулей ринулась на кухню и судорожно дёрнула дверь мусорного отсека. Ничего. Только стандартный утренний мусор. Она вихрем пронеслась по гостиной. Под мебелью тоже ничего нет. В ванной тоже. Взлетев по лестнице наверх, Ева рывком раздвинула двери гардероба. Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь… Семь… Семь масок! Она ещё раз, дрожа, торопливо пересчитала их. Все семь… все на месте… боже… Девушка спустилась в гостиную на подгибающихся ногах и обессилено упала в кресло, растерянно оглядывая помещение. Он… он надел новую маску. Он надел её! Надел!!! Наде-е-е-ел!!! Ева вихрем взвилась с кресла и принялась, визжа, скакать по гостиной. Надел! Надел! Надел! Она прыгала, плясала и корчила рожицы, словно шаман с бубном. ААААА!!! На радостях даже попыталась сделать колесо, но в итоге лишь неуклюже кувыркнулась, явив окнам нижнее бельё. Глупо хихикая, девушка закружилась по гостиной, надувая колоколом юбку униформы. У меня получилось! Получилось!!! Слава Богу! В конце концов, она уткнулась в сидение дивана и снова расплакалась. Слава Богу…

Оставаться в квартире было выше её сил, и девушка, заскочив к себе, принялась торопливо переодеваться – необходимо, просто жизненно необходимо прогуляться! Звонок телефона застал её где-то на полпути к вороту не самого удобного в одевании цветастого сарафана. Ева торопливо втиснулась в платье и кинулась к телефону. «Мама» - сообщил древний экранчик. О…

- Алло? Мам, что случилось? – Осторожно спросила она.

- Случилось страшное! – Трагическим голосом сообщила мама. - Сегодня я поняла, что почти семь месяцев не видела родную дочь! Поэтому я завтра планирую приехать и проверить, где и с кем ты так заработалась, что ни разу за всё это время не соизволила домой заглянуть!

Ева опешила и в панике оглянулась. То есть как это «проверить»?! И кого это «проверить»?! Джея, что ли?! И где?! Здесь?!

- Мам… я не могу привести тебя в этот дом… - Ева убито пробормотала в трубку. – Я не…

- Да не переживай ты так! – Мама расхохоталась. – Шучу я! Мы с Майклом и Дэном на выставку флористов приедем. Заодно и с тобой повидаемся. Брендон остаётся за хозяина. Так что встречай нас завтра! Целую!

Ева тупо смотрела на пикающую трубку. Ой…

Эмоции, эмоции, эмоции... Спасибо, matahata

Веда, ты, как всегда, немногословна.
Но всегда отзываешься))) спасибо))

Еще одна тяжелая тайна Джея раскрыта. Зачем же себя винить во всех человеческих пороках? Корит себя, что не уберег ее от этого мерзкого типа...
И веселая часть: грядет знакомство с родней! Думаю, будет интересно.
matahata, спасибо огромное за продолжение!