Название Дракон
Автор =Selena=
Пейринг Рен / Кёко (основной), персонажи «Skip beat» (эпизодически)
Жанр Романтика
Описание Старая сказка на новый лад. Всем известно, что для того, чтобы спасти принцессу, отважный рыцарь должен преодолеть все препятствия, пробраться в замок и убить дракона. Вот только что об этом думает сам дракон? И все ли так, как кажется на первый взгляд?..
Ссылка на фанфик viewtopic.php?f=19&t=2688


…Девушка стояла на краю башни и с любопытством вглядывалась в черно-серую массу, возвышающуюся над ней на добрых три-четыре метра. «Масса», прищурив окованные роговыми пластинами крохотные глазки, с точно таким же любопытством рассматривала ее. Вскоре принцессе надоело немое созерцание, к тому же это могло бы показаться не очень вежливым, и юная дева решила начать беседу:
– Ты кто?
– Я?.. Дракон.
– Дракон? – девушка изумленно посмотрела на него каре-золотистыми глазами и чуть отодвинулась. – Настоящий?!
– Настоящий. – Дракон чуть задумчиво улыбнулся, не сводя глаз с собеседницы. – Еще какой настоящий.
– А… – девушка продолжала разглядывать Его и отчего-то не боялась – что ты здесь делаешь? Зачем ты здесь?..
– Зачем? – Дракон опешил. – Ну как тебе сказать… Положено мне здесь быть. Раз я дракон… Живу здесь, замок охраняю. Работа у меня, вроде как, такая. Пугать. Охранять.
– Кого охранять?
– П… Принцессу, - дракон, похоже, смутился и отвернулся, пряча в тени замка покрасневшую морду. - А пугать этих… как их там… Рыцарей. Которые приезжают в замок. С-с-спасители… - Последнее слово утонуло в шипении, а из угрюмой черной пасти вырвался раздраженный язычок пламени. – Приезжают, гер-р-рои, угрожают, принцессу требуют… Как будто их сюда звали…
– Ты не любишь рыцарей? – девушка непонимающе смотрела на него и действительно совсем, ну ни капли не боялась. Интересно только, почему?..
– Я не люблю людей.
– Почему?!
– Потому что они… люди. А я дракон. Драконам людей любить не положено, как и людям их.
Дракон окончательно рассердился и теперь угрюмо сидел на краю башни, свесив вниз голову, и на девушку не смотрел. А что он мог там увидеть? Вернее, что он боялся увидеть в отражении чистых топазовых глаз?.. Себя. Черное массивное тело, словно закованное в прочный непробиваемый панцирь. Тяжелые массивные пластины охватывающей тело чешуи. Мерзкие перепончатые крылья с костяными наконечниками. Грубые лапы с могучими, острыми, как бритва когтями, которые легко, словно бумагу, одним движением разрывали плоть и ломали кости… И отчаянную, терзающую до боли в глазах и дрожи в коленях тоску, что скрывалась за непроницаемой оболочкой серых, как сталь или печальное осеннее небо, глаз. Тоску по запечатанным ныне воспоминаниям того, кто никогда уже не сможет стать человеком…

Город никогда не спал. Он лишь переходил из одного состояния в другое. Плавно перетекал, иногда переход даже не был виден. Гасли фонари, на какой-то момент толпа становилась реже... И опять его захватывал вихрь жизни. Другой, чуждой свету и дню. От нее прятались, чурались, но так или иначе каждый вносил свой вклад. Тьма питалась страхом, недоверием, настороженными взглядами из-за плотных ставень.

Вот и этот вечер, незримо переходящий в незримо подступающую ночь, исключением не был. Все тот же город, та же неизменная толпа людей и машин, те же вечные яркие вывески и огни рекламы на проспектах и фасадах домов. И все то же до боли знакомое лицо с идеальными, словно выточенными из мрамора чертами лица и глазами цвета пасмурного осеннего неба, смотрящее на нее, как и на миллионы других людей,. Лицо человека, которого никогда, ни при каких обстоятельствах не будет рядом.

Она вспоминала тот последний, отчаянный разговор, который и поставил точку в их и без того непростых отношениях; вспоминая свои отчаянные крики – крики на Него, ее самого любимого, самого близкого на свете человека – девушка была готова рвать на себе волосы и биться головой об стены, если бы это хоть немного, хоть чуточку помогло. Если бы был хоть один, самый-самый крошечный шанс вернуть все обратно, она, не задумываясь, ухватилась бы за него, без сомнений заплатив любую цену.

Если бы только она могла знать, что Его, самого-самого близкого и дорогого, сегодня не будет рядом с ней… Да и не только сегодня – теперь его не будет вообще. Нигде, ни в одной точке огромной чужой планеты. Никогда…

Что-то это меня уже настораживает...

.... =Selena=, это конец?

Милый Ангел, это начало Начало весьма немаленькой истории. Остальное в редактуре.

что же там произошло?

=Selena=, спасибо, успокоила.
Что ж жду продолжения!

А пачиму? Что там может быть мерзкого?

Расказ заитриговал. Буду ждать продолжения.

Nikitr9m, это описание с точки зрения самого дракона, который, в общем, даже не совсем дракон

Тоже заинтригована, люблю сказки (и дракончиков люблю )

Пролог. Воспоминание.

Синкансэн стальной стрелой с хрустом пронзил хрупкое тело, безжизненным кульком упавшее поперек рельс, за долю секунды буквально разметав по стальным балкам кровавые куски. Где-то далеко раздались истошные крики, в то время как к остановившейся махине уже бежали сотрудники службы безопасности, тщательно не подпуская к месту происшествия любопытных. Те, как ни странно, все еще продолжали напирать, инстинктивно желая утолить жажду такого необычного и притягательно зрелища, как гибель человека, и на охрану внимания не обращали.

Смотреть, собственно, было не на что. Алые полосы издевательски мерцали на омытых недавним дождем рельсах, кое-где стекая вниз кровавыми потеками. Где-то далеко внизу все еще можно было разглядеть несколько бордовых пятен, и сейчас туда торопливо спускались сотрудники вокзала и полиции, дрожащими руками цепляясь за редкие кустики молодых деревьев и травы, что так бурно разрастается летом между насыпей и повсюду, где только есть возможность пустить корни. Под носом несчастной машины сиротливо валялась белая туфелька…

На самом краю платформы стоял человек. Темные волосы трепал теплый летний ветер, рубашка давно прилипла к телу от жары и безжизненно обвисла, выгодно подчеркивая широкие плечи и загорелую грудь, клоком выделяясь на фоне некогда белоснежной рубахи.

Ему было абсолютно плевать, как он выглядит, равно как и на весь окружающий его сейчас мир. Расширенные от шока глаза, в которых серой пеленой застыло время, невидяще смотрели вперед, но видели не стоящий поезд, не окружающих его людей, а хрупкую фигурку, торопливо переходящую через пути. Подол белого платья, поймав порыв ветра, игриво взмывает вверх, в то время как рыжеволосая голова с любопытством вертится из стороны в сторону, стремясь увидеть на перроне… Его. Неожиданно ножка в белой туфельке запинается за выступ, и Кеко, широк расставив руки, ласточкой летит вперед и вниз. На лице девушки застыло легкое недоумение, словно она не поняла, обо что же можно так запнуться. Раздается гудок…

И все. Падение, стремительно нарастающий ужас в глазах машиниста, резкий противный звук раздираемого на части тела…

* * *

Рен проснулся рывком, словно на голову вылили ушат холодной воды, и резко сел в кровати, вглядываясь в глухую темноту июльской ночи. Прошло уже два года с тех страшных событий, когда Ее не стало, но актер все равно каждую ночь просыпался в холодном поту, вновь и вновь переживая события того дня. Разум упрямо твердил, что пора забыть и жить дальше, но сердце, изорванное, искромсанное болью и бесконечными кошмарами, по-прежнему отказывалось верить в произошедшее. Какая-то часть его упрямо внушала, что Кеко жива, и все остальное слепо в это верило.

За два года многое произошло. Такарада постарел, выросла Мария. Отец, которого парень не видел со дня похорон – белая урна смотрелась неестественно и мертво среди заросшего зеленью кладбища – давно сменил золото волос на раннюю седину и теперь щеголял снежно-белой укладкой. Фува продолжил петь, но спеси у него заметно поубавилось, словно певца незримо подкосило. Бесследно исчез Рейно…

Жизнь тела своим чередом, размеренно и спокойно. Каждый по-прежнему решал свои проблемы, не рискуя соваться в чужую раковину и отгораживаясь своей, лишь время от времени выползая наружу, чтобы вдохнуть свежего воздуха и спрятаться снова. Все они были рядом, стоит протянуть руку, но… это было не нужно и глупо. Лишь Яширо время от времени бросал на подопечного скорбные взгляды, но тяжелой темы не поднимал.

Тяжелые горячие капли беззвучно текли по красивому лицу, на котором навеки застыла маска молчаливой скорби, и с легким холодком обрывались вниз, впитываясь в мягкую ткань тонкого одеяла. Руки с силой сжимали тонкий хлопок, грозя проделать в нем пару дыр, но это было неважно. Все было неважно… Ткань подозрительно затрещала, и парень поспешно разжал пальцы, запястьем вытирая влажное лицо, в то время как Куон предательски не вовремя готовился завыть в голос, с силой скребясь по стенам клетки окровавленными когтями.

Ночь постепенно заканчивалась, и робкие лучи – горячие, веселые, живые – как и прежде, тщетно пытались пробить снаружи плотную ткань завешенных навеки тяжелых штор, что уже два года не пропускали в похожую на склеп спальню ни единого осколка солнца. Зачем? Если Его солнце больше не светит, есть ли смысл впускать свет?..

Глава первая. Кеко… жива?..

Кто из них умер первым, да и умер ли, сказать сложно. В то время как Кеко с горечью бросалась на холодные плиты надгробия, где равнодушно и слепо было высечено имя любимого, сам актер не менее горько оплакивал ее и буквально жил у мраморного столбика, напрочь забывая о всем остальном. Его находили, благо, знали, где искать, приводили домой, откачивали… Потом, как правило, были съемки, на которые парень послушно и как-то по механически ходил, доживая до их окончания… А потом все начиналось снова. Голод, усталость, бессонные ночи и бесконечное ожидание чего-то, смахивающего на чудо, что помогло бы понять произошедшее и найти свою дорогу к Ней, изъеденная тоской душа и вялые мысли уйти туда, где сейчас может быть Она, чтобы, быть может, изменить хоть что-нибудь, хоть на миг заглушить в себе это раздирающие душу приступы отчаяния и страха.

Рен давно, очень давно перестал бояться смерти. Мужчина давно и навеки усвоил, что смерть – это не более чем мгновения, наполненные болью, которые рано или проходят, впуская на свое место холод и пустоту. Он не боялся умирать и понимал, что, случись это, он сможет это вынести. Пожалуй, он теперь вынесет все, поскольку двух самых дорогих людей он уже потерял.

Актер боялся другого. Того, что в тот момент, когда его сердце перестанет биться и тело перестанет что-либо чувствовать, беспросветная тоска, что серыми клешнями вонзается в душу, останется. Здесь, на Земле, все еще была… надежда. Непонятно на что, неизвестно как живущая и ни на чем ни основывающаяся, но была. ТАМ, Рен это знал, надежды не будет…

Ого как завернуто....

а в жанре ангста нет!! поэтому будем надеяться на лучшее. а вообще заинтриговало....

Как же мне нравится!
=Selena=, спасибо!

Ori, ангст и не планировался
FREYA, спасибо) Глава в работе

нипанятна... параллельные реальности?


присоединяюсь! ждем-с продолжения

SiennRa, параллельные реальности) Две реальности и немного колдовства)

=Selena=, ох как интересно завернуто! Буду ждать продолжения!

Лёлька, Рик, конечно

Колдун стоял на вершине башни и задумчиво вглядывался в затянутое свинцовыми тучами небо, изредка прикладывая указательный палец к подбородку и сжимая в свободной руке видавший виды резной посох. Холодные клокастые облака, серой массой размазанные по небу, тянулись до самого горизонта, куда ни кинь взгляд, и вот-вот грозили обрушить на грешную землю потоки ледяной воды, которую мужчина порядком не любил. Из-за дождей выходила из берегов река, каждый раз грозя вновь затопить располагающиеся рядом постройки и расшатать так и не достроенную до конца дамбу, но это было бы еще полбеды. Куда хуже было то, что гроза приводила с гор троллей. Те появлялись каждый раз, стоило небу предательски потемнеть, и, сбившись в стаю, нападали на деревню, убивая крестьян и пожирая скот. После грозы крестьяне приходили под стены замка и начинали просить, а то и требовать помощи, жаловались на жизнь и, как следствие, отказываясь платить налоги, периодически грозя поднять хозяина на вилы. Тот отбивался огненными шарами, на что людишки отвечали поджогами и грабежами…

Сегодняшний день, похоже, грозил не быть исключением. Толпы людишек беспокойно суетились внизу, прикрывая посевы и бодро перетаскивая мешки с песком, укрепляя берега. Мост в замок был, как всегда, поднят, однако, это не мешало нескольким особо рьяным любителям риска сновать по берегу с противоположной стороны рва, высматривая слабину, по которой можно было бы прорваться в замок. Их, похоже, не пугали не только отвесные стены, но и живущие под водой твари, которые не могли сами выбраться изо рва, но с удовольствием поедали падающих туда бедняков.

«Вот же нахалы. – Маг перевел взгляд на смельчаков и хмыкнул, подумав, не пульнуть ли в них парой шаров. – Хотя, черт с ними... Магии жалко… Свалятся, туда им и дорога, ритаров сегодня не кормили… А вот что с погодой делать, не ясно. Рассеивать такие тучи – дело слишком уж хлопотное, но, с другой стороны, они заслоняют свет для Генератора. Надо бы найти пару крисаров, чтобы обеспечить замок энергией хотя бы на пару дней, до новолуния. Иначе дракон сорвется с цепи, и придется снова его ловить. Хорошо, если в этой грани, а не в Запределье…»

Налетевший порыв ветра разметал в стороны непослушные серебристые пряди, вынуждая заправить некоторые из них за ухо. Впрочем, помогло это не слишком – волосы были длинные и все время норовили разлететься в разные стороны, то и дело, попадая в аметистовые глаза и оголяя крохотную родинку справа, под нижним веком. Маг родинку не любил и усиленно прятал, но справиться одновременно с волосами и ветром не мог.

Неожиданно внимание мужчины привлек далекий цокот копыт и конское ржание, донесшиеся откуда-то снизу. Опустив взгляд, хозяин замка с удивлением увидел у противоположной стороны рва закованного в легкую кольчугу странника, который отчаянно жестикулировал стражникам и, кажется, что-то кричал, судя по всему, требуя опустить мост и впустить его в замок, недвусмысленно поглядывая на спешащих к нему крестьян – те были явно решительно настроены и держали наперевес вилы и прочие предметы хозяйственного быта. Маг махнул рукой, велев опустить мост, и гость торопливо въехал на территорию замка, в то время как за его спиной ржаво заскрипели цепи, вновь поднимающие деревянное полотно.

Глава вторая. Дракон.

- Мой господин!.. – Гонец, быстро и легко прошествовав в Главный зал, почтительно поклонился и протянул магу перевязанный полоской кожи свиток, плотно запечатанный воском с круглой печатью. – Как вы и приказали, герцоги де Ран и де Юн точностью исполнили ваше распоряжение и с помощью Гильдии магов запечатали замок. Дракон и Принцесса по-прежнему внутри, вокруг на три километра мощнейший барьер, образованный при помощи криптоцидовых столбов с рунами.

- Хорошо. – Маг благосклонно кивнул, внимательно вчитываясь в рукопись. – Прямой переход в Запередлье закрыли?

- Конечно. – Удивленно кивнул гонец. – Как и прежде, две спиральных печати и охрана.

– Хорошо. Можешь отдыхать. Комната та же, поешь на кухне.

– Благодарю. – Гонец с поклоном удалился, бесшумно выскользнув за дверь и прикрыв за собой тяжелые створки, в то время как сам хозяин в еще более глубоких раздумьях уселся в кресла, вновь и вновь пробегая взглядом по ровным строкам. Письмо успокаивало, но что-то в его содержании блондина неясно тревожило, и что именно, он никак не мог понять, отчего лишь сильнее хмурил брови.

Все оказалось даже проще, чем могло показаться на первый взгляд. Кеко, его прекрасная и, увы, недосягаемая Темная леди, летящей походкой направлялась к входу в свое агентство, беспечно размахивая на ходу тряпичной сумкой и игриво цокая по плиткам тонкими каблучками. Колдун появился перед девушкой, как всегда, неожиданно, словно вырастая из-под земли и с довольной улыбкой наблюдая, как бледнеет, становясь близким по цвету к белой сумке, секунду назад веселое лицо.

- Рейно? – Кеко резко остановилась и упрямо сжала губы, всем своим видом показывая, что ей ничуть не страшно. – Чего надо?

– Да вот, тебя поджидаю. – Тот лукаво улыбнулся и сделал шаг навстречу, отчего девушка неуверенно отступила назад. Порыв ветра распахнул полы светлого плаща, открывая затянутые в узкие черные брюки ноги и черную же водолазку. – Поговорить хочу.

– Не о чем нам с тобой разговаривать! – Нервно огрызнулась актриса, у которой тот же ветер игриво взметнул вверх подол тонкой летней юбки, заставив быстро прижать к ногам белоснежную ткань. – В прошлый раз поговорили! Хватит с меня твоих… бесед, наслушалась!

- Вот как?.. Жаль… - Блондин с деланной обидой вновь шагнул вперед, отчего девушка опять отступила, и неожиданно протянул вперед сжатую в кулак ладонь. – Тогда, придется иначе…

Ладонь предательски разжалась, и Кеко, как завороженная, пристально посмотрела вперед, не в силах оторвать взгляд. Из ладони парня выпорхнула аметистовая бабочка, легкая и почти прозрачная, и легкими взмахами закружилась вокруг актрисы. С искрящихся сиреневых крыльев сыпалась пыльца…

Еще все больше закрутилось... Интересно, что дальше