и стал Рен подкаблучником

Nikitr9m, а я рассматриваю их отношения, как демократию, по-моему, у них такие разборки только в шутку для разрядки атмосферы и

только подтверждает их доверие друг к другу.

Словарик:
Тамото – нижняя, свисающая часть рукава кимоно, может использоваться, как карман. Извините, что не пишу «из рукава», глупо звучит, если по тексту что-то из рукава будут доставать, чай не фокусы они там показывают.

Тоши Ямада – введен новый персонаж – помощник режиссёра.

Ногицунэ – переводится буквально «полевая (дикая) лисица» в значении демона-оборотня, а не животного, разумеется, (вообще Кицунэ может быть двух основных видов, как божественной, так и темной (дикой)). Ногицунэ - это роль Кёко из ужастика «Кюби но кицунэ»

Уж извините за подобные слова, но не всегда получается «великим и могучим» писать.


****
И снова потянулись съёмочные дни. Расстроенная грядущим отъездом Рена, Аико без труда показывала трагизм своей роли. Всего в несколько дублей были отсняты их совместные с Тсуругой сцены. В напряжённой работе как-то незаметно вплотную приблизился день вылета на Окинаву.

- Не хочу, чтобы ты уезжал, не хочу расставаться, - печально бормотала Кёко, уютно устроившись у Рена на коленях, - Как подумаю, что ты уедешь, так грустно становится…
- Не грусти, малышка, будем друг другу письма писать, звонить в конце-концов. Привыкай, такая у нас с тобой работа, всё время придется уезжать то мне, то тебе. – Пытался утешить жену Рен, обнимая её, и привычно утыкаясь подбородком в её рыжую макушку. - И потом это всего на неделю, время пролетит быстро, вот увидишь.
- По роли я тоже буду твоё письмо читать, - улыбнулась Кёко, - когда Кантаро без предупреждения на войну уйдет, а Бутсу об этом только из его письма узнает.
- Главное помни, муж тебя любит и скоро вернётся. Береги себя, ладно?

*****
- Яширо! Я же просил!!! Ну просил же!!! … У нас что, совсем некому одежду показывать?... Я понимаю, что контракт, но устроить мне две недели моды подряд из Нью-Йорка в Милан, это уже слишком! А потом что, в Мадрид зашлёшь? Я этот месяц с женой хотел провести, ты это понять можешь? Она меня ждет сегодня вечером! А так я ей даже позвонить не могу, сейчас время съёмок и у неё телефон отключен, а потом я уже в самолёте буду.
Значит так, шлю по электронной почте письмо, распечатывай, положи в конверт и как хочешь, но чтобы сегодня же ей его передали, если не сможешь лично, то обязательно через Сингаи, подпиши на конверте «для Аико».

*****
«… прости, моя девочка, обидное стечение обстоятельств, даже дозвониться до тебя не смог…. сейчас я в самолёте на Нью-Йорк ….. люблю тебя… скучаю… скоро, очень скоро, приеду к тебе…»

****
- Аико в гримёрке одевают… ну конечно передам. Яширо, ты конверт этот на стол ко мне положи, ладно? А то руки заняты…

*****
- Так, Аико, всё поняла? Доходишь до окна, оглядываешься, достаёшь из тамото конверт. Читаешь. Текст письма не подлинный, конечно, мы восстановили его по дневникам Бутсу. Письмо дополнительно размечено по эмоциям: сначала радость от письма, потом тревога, шок… потом взгляд вдаль и печальная полуулыбка. Длительность при неторопливом прочтении минуты две, не больше. Постарайся под конец показать слёзы в глазах. Всё хотелось бы снять одним кадром с приближением, если не выйдет, то потом слёзы крупным планом изобразим... Как где конверт? Тоши! Что за бардак на площадке? Почему я должен о реквизите думать? У меня на столе конверт лежит, подписан «Бутсу», тащи сюда быстрей!

****
- Внимание, мотор!

****
По сигналу режиссёра Кёко дошла до окна, настороженно огляделась и достала спрятанный в тамото конверт. На конверте подчерком Яширо было написано: «для Аико»...

- Всё-таки она потрясающе талантлива, - вполголоса говорил Сингаи своему помощнику, - ты погляди, какие эмоции. Радость, недоверие, тревога… о мой Бог, как она показывает шок…
- И, правда, отлично, особенно для дебютантки, хотя знаете, всё время ловлю себя на мысли, что уже видел её где-то раньше. И, кстати, по-моему, она немного затягивает сцену, - задумчиво произнёс Тоши. – Вы говорили в две минуты, а сейчас заканчивается третья.
- Не страшно, это один из драматических моментов, можем и растянуть. Сейчас должны быть слёзы и отчаяние…

Кёко сморгнула невольно выступившую слезу и посмотрела в окно. «…..люблю тебя… скучаю… скоро, очень скоро, приеду к тебе…». Губы её скривились, как у обиженного ребенка, но через мгновение она глубоко вздохнула, смахнула слезу со щеки и подняла подбородок. Лицо её затвердело. «Ничего, я справлюсь, я не сдамся!», мелькнула мысль в голове.

-Снято!! Аико, показать решимость в конце - это, конечно, не по сценарию, но, чёрт возьми! Ты права! Это действительно в духе Бутсу, быть сильной! Менять не будем – это было великолепно! Ты схватила сцену с первого дубля!
- Спасибо режиссёр, - вымученно улыбнулась Кёко, складывая письмо. – Если позволите, тогда я немного отдохну в гримёрке. Кстати, Вы, похоже, письма перепутали. Это письмо было личным и адресовано мне.

Проводив Аико взглядом, Тоши Ямада, обратился к Сингаи:
- Сингаи-сан, как Вы думаете, Аико-сан влюблена в кого-нибудь? Нет, ну по Тсуруге все актрисы вздыхают, кто с ним влюблённых играет, а вот если вообще, влюблена или нет?
- Ну, если не в Тсуругу, то не знаю, - хмыкнул Сингаи, - а что вдруг за интерес?
- Да нравится она мне, а сказать не решался. А сейчас Рен уехал, думаю, может подойти, пригласить куда-нибудь? – смущённо объяснил Тоши.
- Не пытайся – откажет, - серьёзно посоветовал Сингаи. – А если вдруг решишься, помни, обидишь девочку – голову оторву. Я за неё отвечаю.

По окончании работы, Аико решила дойти до гостиницы пешком. Дорога занимала не больше получаса неспешным шагом, и ей хотелось привести мысли в порядок. Но полностью обдумать возникшую ситуацию не получилось – уже через десять минут её догнал запыхавшийся Ямада.

- Аико-сан, еле Вас догнал. Вы так быстро ушли со съёмок, а я вас у автобуса ждал, - задыхаясь, проговорил он.
- У господина Сингаи ко мне какие-то вопросы? Что-то переснимаем? – заволновалась девушка, - Мне надо вернуться обратно, на съёмки?
-Нет-нет. Ничего такого страшного, не в этом дело.
- А в чём тогда дело? Я могу Вам чем-нибудь помочь? – участливо спросила Аико.

Тоши Ямада слегка покраснел.
- Понимаете, мне хотелось пригласить Вас где-нибудь посидеть, может быть выпить. – Несмотря на смущение Ямада старался говорить уверенно.
- Но Сингаи-сан не говорил, что сегодня планируется какая-то вечеринка. Вы поэтому меня и догнали, чтобы предупредить? Простите, мне надо было на автобусе со всеми поехать. Все меня ждут, да? Как неудобно получилось.
- Вы не поняли, мне самому хотелось Вас пригласить посидеть где-нибудь, - заволновался Тоши, схватив её за руку, и решительно продолжил, - Я не решался признаться раньше, но Вы мне очень нравитесь.
- Извините, - попыталась освободить руку Аико, - Но у меня уже есть любимый человек.
- Если это Тсуруга-сан, то просто забудь. Он же, как пожиратель актрис, они в него пачками влюбляются. А потом все страдают от безответной любви… Аико, пойдём лучше со мной…

Тоши Ямада убеждённо говорил всё это, не видя, как за плечами у Кёко начинает собираться тьма, как эта тьма сгущается, выпуская из себя демонов… Он лишь почувствовал, как внезапно, вдруг, похолодало, и волосы его взъерошил взявшийся ниоткуда порыв ледяного ветра. Тоши взглянул на Аико и опешил. На месте сдержанной и благожелательной девушки стояла разъярённая фурия. Фурия криво улыбнулась, сделала шаг вперёд и, наступив острым каблучком ему на ногу, ласково пропела Ямаде в самое ухо:
-Вы забыли вежливые окончания, Ямада-сан. И, по-моему, не расслышали - у меня есть любимый. А теперь отпустите мою руку и идите, откуда пришли, Вам всё понятно, Ямада-сан?
- Да. – Потрясённо прошептал Тоши, отпуская руку Аико. – Извините, Аико-сан, я был невежлив.
- Ничего, всё в порядке, всего Вам доброго, - Милая улыбка Аико опять была полна доброжелательности. Она развернулась и, не оглядываясь, пошла в сторону гостиницы.

Тоши влюблёнными глазами восторженно смотрел ей в след, пытаясь осмыслить произошедшее. «…У неё есть тёмная сторона, и она – прекрасна…», - шептал он, потом его глаза расширились: «ногицунэ, ну конечно же… как я сразу не узнал… она же - ногицунэ».

Доброе утро!)))
Захватывающе))) Очень)))) спасибо! Бедный помощник режиссера! Попал как кур в ощип!

Хахаха
Мне его тоже стало жаль, какое у него будущее? Кеко душу вывернет, Сингаи голову оторвет, а Рен ... О, да мне даже страшно представить ...

А вообще, интересный поворот событий с Марией, нестандартный довольно-таки, а за Рена с Кеко я и нарадоваться не могу

omina, Ну дык... его предупреждали же... и ваще, нефиг порядочных японок за руки хватать

Forget-me-not, А вот это непременно надо обдумать, они же продолжают вместе работать, надеюсь, никуда не исчезнет (к сожалению, персонажи аффтара не слушаются)

этот вопрос уже решён, и даже написан, но перед тем, как вставить окончание, надо середину написать (пишу зарисовками, потом их объединяю, к сожалению, всегда писала короткие рассказы, что-то более-менее длинное пишу впервые).

И еще... надо бы Фуву в фанфик впихнуть, идея их общения уже обдумана, но над поводом приезда рок/поп певца в Нарита ломаю голову. Ну не в диснейленд же он приедет или по национальному парку (где по идее съёмки идут) погулять?

Latgalka ну с Фувой понятно, фанаты могут быть даже в Нарита почему бы встречу не организовать?

bakaneko, Нарита - мелкий городок под Токио - исторические достопримечательности, буддистские храмы и аэропорт. Фанаты все в Токио через день бывают
думаю Фува на встречу с фанатами туда не поедет - звезда как-никак, а в аэропорту поговорить спокойно не дадут...

Ну если так. Тогда может клип поехал снимать, если киношникам разрешили работать то почему не разрешить рок звезде если тот пообещал хорошо себя вести. А могет и слинять от фанатов ведь последнее место где искать будут.

Ну типа … этого я не хотела, честно… они сами … Я хотела, чтобы весело было, хотела посмеяться над героями, а они плевать хотели на мои желания… А Рен, подлец, дрыхнет в самолёте…

_______________
Словарик
Бакэмоно – оборотень (прозвище Кёко в LME)
________________


В отель Кёко возвращалась почти бегом. Ворвавшись в номер, она, не раздеваясь, бросилась в ванну и плеснула себе в лицо холодной водой.

- Что я творю? – простонала она, смотрясь в зеркало. – Почему… зачем вдруг появилась Кицунэ? Ну подумаешь, сказал такое про Рена, да как будто я и так всего этого не знаю... парню, наверное, и двадцати нет, чтоб его так пугать, да еще и шпилькой в ногу со всей силы! А он же, наверняка, ничего плохого и не хотел...
- А если он меня узнает?... – тревожно билось в голове,- Рен будет недоволен, мало того, что с перепутанным письмом на площадке из образа выпала, так еще и это… Рен… ну почему ты снова уехал?... говорил же, что только на неделю…
Кёко металась по номеру, снимая с себя и разбрасывая, как придется, одежду, и не находила себе места. Потом взяла телефон и набрала номер…

«… или находится вне действия сети…». Бездушный голос, казалось, привел её в чувства. Открыв дверь между номерами, Кёко прошла в спальню Рена. Чисто убранный, с аккуратно застеленной чистым бельём кроватью, номер Рена ничем не выдавал былого присутствия своего уехавшего постояльца.
Могами подошла к шкафу, достала с полки свитер мужа и прижалась к нему лицом... Еще долго лежала она на их постели, стиснув в руках свитер Рена, вдыхая его запах и устремив неподвижный взгляд в потолок, пока лицо её не расслабилось, и на лице не появилась нежная улыбка.
Кёко думала о Куоне. В мечтах, она была в будущем. С мыслью о грядущей встрече с любимым она заснула.

***

А в это же время Тоши Ямада ещё не спал. Уже за третьей бутылкой саке, он пьяно и нудно рассказывал случайному собутыльнику о своей жестокой и несуразной судьбе.

О том, как три года назад увидел эти прекрасные, торжествующие и одновременно страдающие от совершённой жестокости глаза.
Как потерял покой и разум, собирая всевозможные плакаты, постеры и вырезки из статей о любимой актрисе…
Как потратил два с лишним года в упорном и тяжком труде, чтобы попасть в Её мир…
Как все эти годы спешил он на встречу с Ней, с ежедневным трепетом собирая слухи и сплетни, просматривая Её страницу на сайте LME и с облегчением узнавая, что да, не замужем и даже ни с кем не встречается…
Как вдруг изменил Своей Мечте, поддавшись очарованию другой – светлой принцессы…

И как гадко ухмыльнулась на его измену Судьба, соединив двух возлюбленных – прошлую и настоящую - в одну девушку, но увы, уже отдавшую сердце другому…

Он всё бессвязнее и бессвязнее, заливая свою нелепую трагедию рисовым вином, доказывал, что сам виноват и что, пока Её любимого – кто бы он ни был - не будет с Ней рядом, он, Тоши Ямада, будет оберегать своего Ангела, что никому не расскажет её секрет и не выдаст её настоящего имени.
Что и эта малость – быть рядом с любимой, хоть не долго – уже подарок.
И как это больно… и как мучительно разрывается сердце, когда вот, наконец, Она рядом… его тёмный Ангел.. его светлая Принцесса… его… нет… увы… теперь навсегда не его Прекрасный Оборотень...

И с этой горькой в своей неумолимости мыслью о неправильности и несправедливости жизни, Тоши заснул, прямо на столе, среди пустых бутылок своей первой в жизни попойки, не замечая, как из его сжатой в кулак ладони осторожные пальцы внимательного собутыльника вынимают помятую вырезку из старого музыкального журнала…

***

И Такарада Мария, эта юная, двенадцатилетняя прелестница, тоже не знала покоя тем вечером. Её тщательно запланированная «совершенно случайная» встреча с любимым Тсуругой Реном в аэропорту так и не состоялась. Только издали успела она увидеть его спину на регистрации Japan Airlines. Утешало только то, что Рен улетал в Нью-Йорк совершенно один, без провожатых. А значит, впервые ошиблась интуиция, кричащая, что Рен уже безвозвратно принадлежит другой.

И радовалась Мария, что есть ещё шанс для неё быть с Реном. Шанс, который она упускать не собиралась…

И ужасалась она тому, что получив любимого, почти наверняка потеряет не менее любимую подругу, почти сестру, подражать которой хотелось во всём, а боли которой приносить совсем не хотелось…

И думать о том, что надо делать выбор между двумя людьми, которых эта запутавшаяся девочка так горячо и сильно любила, было настолько тяжело и настолько неправильно, что слёзы наворачивались на её глаза.

Так и заснула Мария, всхлипывая во сне, всё еще не сумев разобраться в своей метущейся, и не находящей покоя взрослеющей душе… и мысли её были сумбурными и противоречивыми…


***

- Да шеф, я раскопал. Эта Аико никакая не дебютантка и ничья не родственница – Такарада со своим актёрским агентством опять интригует…. Не… не скажу… рано ещё – доказательств никаких, пьяный бред одного фаната, всё проверить надо. Тут еще одна сенсация намечается. Если информация подтвердится, то кое-какая вся из себя правильная девочка оказывается, втихую любовника имеет, буду выяснять кого. Так что статья будет погромче, чем просто раскрытие имени – готовьте место к моменту выхода первой серии. Это месяца эдак через полтора. Материал будет готов вовремя, я постараюсь.


***

На следующее утро в дверь гримёрки Кёко постучали. На пороге стоял Тоши Ямада, тщательно причесанный, одетый со всей возможной аккуратностью и абсолютно серьёзный.

- Госпожа Аико, примите мои извинения. Я был слишком назойливым. Я не должен был хватать Вас за руки, или обсуждать Ваших коллег, - согнулся он в низком поклоне, не смея поднять глаз.
Аико смущенно смотрела на его макушку и не знала что ответить.
- Я понимаю, что вёл себя недопустимо, но обещаю, что подобного, никогда и ни при каких обстоятельствах не повториться. Вот увидите, я буду всегда предельно вежливым и корректным с Вами.-Ямада, казалось, не собирался выпрямляться не получив прощения.
- Ну что Вы… я не сержусь нисколько, наоборот, я сама волновалась, - растерялась Аико, - Как ваша нога, я не сильно её поранила?
- У Вас очень острые шпильки, но я это заслужил, - широко улыбнулся Тоши. – Вы, правда, не сердитесь?
- Нет, - улыбнулась в ответ Аико, - я рада, что всё разъяснилось.
- Спасибо, тогда я пойду работать, ладно? – счастливый Ямада уже было повернулся к выходу, но вдруг остановился. Лицо его снова стало серьёзным. – И еще… я понимаю, что у Вас есть любимый, и никогда больше не заикнусь ни о каких чувствах, но хочу, чтобы Вы всегда знали, что можете положиться на меня в чем угодно. И надеюсь, что когда-нибудь смогу назвать себя Вашим другом.

Вернувшись к Сингаи, Тоши молча сел на складной стул рядом со своим начальником.
- Отказала и пил всю ночь? – покосился Сингаи на осунувшееся лицо своего помощника.
-Ммм, - коротко подтвердил тот.
- Ну, так не говори, что не предупреждали. На твоей работе это не отразится? Надеюсь,ты её не обидел?
- Её обидишь, - усмехнулся Ямада, - Не волнуйтесь, я буду работать так хорошо, как ещё не работал. Я очень постараюсь. «Я очень постараюсь, - повторил он про себя, - чтобы моему Ангелу стало легче играть».

Все нравится. Кроме прозвища. Там слишком много вариантов и самый привычный монстр чудовище. А чтобы использовать вариант «то, что меняется». это как то впервые встретилось. Да и главное в изменениях - в человека из чего-то.

А Кеко многликая с темной стороной. Тут даже оборотень не подходит.

Nikitr9m, обаке не подходит, лисица - слишком тесные рамки, а в бакемоно есть не только монстроподобный подтекст, это именно обобщенное название всех оборотней... впрочем, если предложишь более съедобный вариант - поменяю. Выбор-то не велик... а хочется одним словом...

бедный парень, мне его жалко... да и слил он всё про Кёко по пьяни... он же нечаянно... а Мария... я верю, она справится))

почему нельзя просто писать оборотень? а то с этим словом плохая ассоциация - бакемоноготари, истории монстров... аниме с хорошим началом и концом, а в середине одни разговоры...

просто она же в ужастиках играла, прозвище должно быть негативным... но лана... ща исправлю

А разве саке это не самогон(ну или водка)???

AiliyaAmnell, неа, там градус ниже, не более 20%, и именно рисовое вино, потому как получается не перегонкой, а сбраживанием

Вообще-то, сакэ по своему принципу производства является пивом

мда.... у Марии от таких метаний нервный тик случится.... пусть она какого-нить встретит! Ну прям принца персидского! А то она по ходу дела в ЛМЕ слаще морковки... тьфу... Цуруги Рена никого и не видела!

omina, ну второй по сладости вроде Фува у них, а он не в LME... и его рядом с Марией я даже не представляю... ничего, найдём ей Прекрасного прЫнца.
Веда, ну да, можно и пивом назвать, хотя принципы соложения и разные (саке это саке, не водка, не вино и не пиво, если уж так прямо сказать, но от водки дальше всего), и пиво звучало не так красиво и "трагизма" терялась

***
Дни без Рена текли для Кёко в постоянном ожидании вечера. Быстрые сборы - Дорога в съёмочный павильон - Долгий и тщательный грим (первая часть уже монтировалась, и теперь Кёко приходилось играть принцессу зрелых лет) – Съёмки - Дорога домой. А потом томительное ожидание заветного часа в ожидании звонка от любимого. За окном темнело, а там, в окошке Skype, ярко светило солнце, и улыбался трогательно нежный муж, которому можно было поплакаться на усталость или обратиться за советом. И впереди еще оставалось много-много таких дней.

Самые новые светские новости о жизни Рена, Аико узнавала еще и в гримёрке. Подружки Юки и Юми, занимающиеся костюмом и гримом Бутсу, были без ума от Тсуруги-сана, и малейшее упоминание о нём в журналах или на телеэкране принималось ими с восторгом и подолгу обсуждалось. Аико с внутренним удовольствиям слушала их хвалебные отзывы в адрес мужа, но никогда не поддерживала разговоры на эту тему.

Валентинов день для нее наступил буднично. Шоколад готовить было некогда, да и некому. Восторженная женская суета пролетела как-то мимо.
Успешно отсняв все запланированные сцены, Аико с помощью Юми аккуратно смывала грим, когда в гримерную залетела Юки, размахивая глянцевым журналом.
- Уже закончили? Тогда сейчас костюмом займусь! Юми, тут новое фото Тсуруги-сана с Миланской недели моды, только журнал на английском. Аико-сан, вы английский знаете? А то наш Тсуруга Рен тут с какой-то девушкой, хочется узнать кто она.
С фотографии красивая светловолосая девушка уверенно смотрела в объектив, опираясь на руку лучезарно улыбающегося Рена.
- «Новая мужская коллекция Gucci, представленная недавно в рамках Недели мужской моды в Милане, по мнению критиков, стала одним из лучших творений Недели моды и, безусловно, самой успешной мужской коллекцией дизайнера Фриды Джанини». – Перевела подпись под фотографией Аико.
- Значит это модельер, которого Тсуруга-сан в Милане представляет, да? – защебетала Юки, - Какая хорошенькая!

Настроение у Аико как-то вдруг испортилось. Умом она понимала, что это просто работа, что вот ещё две с небольшим недели и Рен вернётся, что он любит её, но на душе стало невыразимо грустно и как-то очень неуверенно. Переодевшись, она вышла на улицу и медленно пошла в отель.

Задумчиво проходя через парк, Аико не заметила, как кто-то её окликнул. И лишь когда грубые пальцы вцепились ей в плечо, испуганно вскрикнула.
- Красавица, куда торопишься, подари мне шоколадку, а то меня совсем никто не любит, - дыхнул перегаром в лицо Аико развязный парень. – Ну, давай же, пойдем со мной, не ломайся.
Аико начала вырываться, но в то же мгновение пьяный был отброшен от неё сильным ударом в челюсть. Рядом, тяжело дыша, стоял Тоши Ямада.
- Вы не должны ходить одна в таких местах по вечерам, - с трудом переводя дыхание, выпалил он. - Даже не потому, что вы известная актриса, а просто потому, что вы девушка. И если не думаете о себе, то подумайте о тех, кто Вас любит, а ещё о фильме - от Вас же куча людей зависит! От вот таких… - Тоши запнулся, обернувшись на безуспешно пытающегося подняться парня и стараясь найти слово помягче, - …Вы же не сможете защититься.
- Извините, - полепетала Кёко, но Тоши перебил её:
- Пойдемте, я провожу Вас, всё равно в один отель идём, но в следующий раз или на автобусе поезжайте, или с провожатым, ладно?
- Хорошо, я теперь на автобусе буду ездить, простите, что столько беспокойства доставила, - Кёко с любопытством посмотрела на Тоши, - А почему Вы сказали, что я известная актриса?
- Блин! Проговорился потому что! – хлопнул себя по лбу Ямада. - Я Вас ещё тогда узнал, когда Вы рассердились на меня. Было очень похоже на Кицунэ, я даже вначале испугался от неожиданности. Но Вы не подумайте, я никому не говорил Вашего имени. Вы, правда, можете на меня положиться.
- Знаете, Ямада-сан, у меня подруга тоже всё-время «блин» говорит, я её даже Оладик-сан за это называю, - заулыбалась Могами.
К отелю они подходили уже болтая по-приятельски и перейдя на ты.
- Если хочешь, я буду тебя провожать, когда захочешь пешком пройтись, - прощаясь в фойе отеля, Тоши немного смутился. – Ты не подумай только ничего такого, просто так безопаснее.
- Ну что ты, я бы никогда не решилась кого-то стеснять, - всполошилась Кёко, - не беспокойся, обычно я ведь на автобусе езжу. И спасибо за сегодня, за то, что мимо проходил и спас меня. До завтра!
Улыбнувшись Тоши, Кёко пошла в свой номер, а Тоши смотрел ей в след и с грустной усмешкой думал «ну кто б подумал, что ты такая наивная… ведь следил, как последний сталкер, беспокоился, еле-еле успел прибежать на помощь… а она - мимо проходил…»

***
-Милый, с Валентиновым днём тебя,… а я сегодня столько глупостей наделала…

***
Кликнув на отключение связи, Рен задумался. Потом решительно набрал номер.
- Фрида, тебя сегодня можно застать где-нибудь? Поговорить надо… да, очень серьезно… я хочу, чтобы ты, как креативный директор помогла мне уплотнить съёмки рекламы ваших очков, это возможно? Отлично, еду…

По дороге в студию, Рен размышлял над разговором с Кёко. Конечно, слава Богу, что Ямада оказался рядом и выручил её, но какого дьявола она вообще вечером пошла пешком? Что творилось в её рыжей головке, раз она так задумалась, что даже не заметила нападавшего? Чем дальше, тем больше Рен сгорал от беспокойства и, доехав до Фриды Джанини, был настроен предельно решительно настоять на своём скором отъезде.

Но к его изумлению, Фрида и не думала возражать.
-Ну конечно, - удивлённо поглядела она на него, - Мы и не думали затягивать съёмки, но твой менеджер сказал, чтобы мы не перегружали тебя и сделали график как можно свободнее. Ты ведь из Нью-Йорка только что, да и здешняя неделя моды началась на следующий день после твоего приезда. Яширо говорил, что тебе спешить некуда и непременно нужно сделать как можно больше свободных дней.
- Яширо сам попросил растянуть мне рабочий график? – недоверчиво протянул Тсуруга.
- Ну да, твой менеджер Яширо, а так как я хотела получить именно тебя для азиатской рекламной кампании, то и возражать не стала. Я дам распоряжение начать съёмки прямо с завтрашнего утра, так что через неделю, а то и раньше, считай, будешь уже в Японии. Это уже от тебя будет зависеть. Ты сам должен понимать, у нас же бизнес, любое промедление денег стоит, так что закончить работу раньше, меня только обрадует.

- Ну, погоди у меня, Яширо, приеду, разберёмся, - бушевал, вернувшись в отель Рен. После звонков в Нью-Йорк картина вырисовывалась совсем удивительная: выяснилось, что заявку в агентство на него из Америки не давали. Кандидатуру Рена напротив, предложили из Японии, хотя это и было с восторгом принято. А это значило, что фактически, за неделю до вылета из Токио, присутствовало только предложение от Gucci на пять дней работы. И зачем Яширо выслал его из страны на месяц, без объяснений, было категорически не понятно.

Спать в тот вечер он лёг рано, но уже в 12 ночи был разбужен будильником. Включив ночник, Рен потянулся к телефону.
- Привет, любимая, проснулась уже? – Рен закрыл глаза, представляя удивление Кёко.
- Рен? Это правда, ты? Как здорово! А почему ты звонишь, ведь мы только вечером говорили… или для тебя это утро было… эта разница во времени… ой, у тебя же сейчас ночь? … что-то случилось?
- Просто соскучился. Ты даже не представляешь как. Захотелось твой голос послушать. Работай хорошо, ладно? Люблю тебя, жди, скоро приеду…
Попрощавшись с женой, Рен зевнул и начал набирать номер Сингаи…