Спасибо большое за комментарии.

))
Следующая глава получилась странная. Хотела уже дописать все, а потом выложить, но как-то замахнулась на слона.
ПРОДОЛЖЕНИЕ: Ночь, исчерпавшая свое время, уходила. Хотя на горизонте еще висела сиренево-серая сумеречная пелена, в верхних окнах соседнего дома уже отразился подкрадывающийся с востока свет. Кьеко подошла к окну и оперлась руками на подоконник. Раздраженные глаза поймали рассеивающуюся темноту. Всю ночь Могами пыталась разобраться в себе и происходящем. Круговорот одних и тех же вопросов не дал уснуть. «А что я ему скажу?... Как теперь общаться?... Что я к нему чувствую?... Было ли признание на самом деле, или все приснилось?... Как такой человек, как Рен, мог меня полюбить?...» Вот и теперь вяло текущие мысли по привычке зашли на новый круг. В памяти снова всплыло вечернее признание Рена. «Я та, кого он собирается оберегать. Любимый человек. Как такое может быть? – немного грустная улыбка отразила мысли. – Как?» Страхи, надежды и теплые, упоительные чувства смешались в единый путанный клубок.
За бессонные часы в голове пролетело слишком много. Память перебирала все встречи, разговоры, даже просто взгляды и улыбки Рена. Все это так тихо и незаметно влилось в жизнь Кьеко, став дорогим, близким, необходимым. А страхи? Страхи таяли, но медленно и почти неощутимо. Просто постепенно становилось легче и свободнее дышать. Да и сил бояться нарисованных собственной неуверенностью драконов к утру почти не осталось.
Окошки напротив все ярче наливались рыжим огнем, притягивая взгляд. Светлая улыбка внезапно озарила уставшее лицо девушки. Взглянув на часы, она быстро оделась и выбежала на лестницу. За подъездными стеклами между двух последних этажей рождался новый день.
Над городом, четко очертив силуэты домов, поднималась рыже-красная волна света. Растянувшиеся по небу, длинные, горизонтальные облака одно за другим пропитывались светом, становясь сначала розовыми, а затем рыжими. Даже большое низкое облако, висевшее, казалось, совсем близко налилось малиновым. Тоненькое облачко над самым горизонтом отразило солнце, постепенно став ярко-золотым. Неуловимо светлело. Кьеко в нетерпении встала на цыпочки, но ничего не изменилось. Солнце по-прежнему было еще где-то за домами. «Еще немного, совсем капельку». Бело-золотые краски влились в небесную палитру. Вместе со светом становились громче все звуки, город как будто оттаивал, оживал. Вместе со всеми оживала и Кьеко. Ей хотелось вдохнуть игристый золотой воздух, взлететь, чтобы побыстрее встретиться с первыми лучиками. Но физические законы Кьеко побороть не могла. Она иногда взбегала вверх на несколько ступеней и вновь спускалась поближе к окну. Сердце чему-то радовалось и рвалось наружу. «А ведь кто-то уже греется в лучах солнышка, для кого-то оно уже во всю светит». Терпения становилось все меньше. В глаза бросилась загоревшаяся алым низкая крыша на горизонте. Наконец, ее край вспыхнул, и огромный светящийся шар постепенно вылез из-за дома. Глаза ослепило потоком света. Обернувшись, Кьеко увидела собственную тень в рыжем оконном прямоугольнике. Хихикнув, Могами помахала себе рукой и побежала на свой этаж к квартире. Восход солнца подарил прекрасное, воздушное настроение. Внезапно нашлись ответы на все мучившие девушку вопросы: она любит, скорее всего, любима, и ни какие страхи не затмят весну в ее снова забившемся сердце.
До работы оставалось еще несколько часов. Немного поколебавшись между утренним кофе и сном, актриса выбрала второе. Кровать радостно приняла в свои объятия прогульщицу. Свернувшись клубочком, Кьеко закрыла глаза. Перед ней продолжала гореть яркая, как будто неоновая точка, но она не помешала сознанию моментально провалиться в сон.
А в этот момент на другом конце города просыпалась в школу Мария. Вчера увлекшись своими мыслями о загадочном молодом человеке с серебряными волосами, девочка уснула на полу рядом с так и не разложенной колодой. Свеча, догорев, погасла, благо, не устроив хозяйке никаких проблем, а сама Мария всю ночь смотрела волшебные, полные магии и света сны.
Добавлено (30.03.2011, 18:28)
---------------------------------------------
Радости от восхода солнца и пары часов сна Кьеко хватило ненадолго. Уже к обеду глаза начали слипаться настолько, что для выражения восторга или удивления на съемочной площадке приходилось их весьма откровенно таращить. Как ни странно, этого никто толком не заметил, видимо потому, что сложных актерских задач сегодня перед актрисой не ставили. А вот первый дубль сцены с бессонницей Кьеко откровенно завалила. В тот момент, когда надо было встать с кровати и пробраться в темноте к выходу из комнаты, Могами уснула. И очнулась уже под раздраженные выкрики режиссера: «Стоп! Могами-сан, Вы будете играть сцену или как?» Пришлось быстро вскакивать, извиняться и врать, что задумалась. Режиссер поверил, в отличие от коллег, которые явно слышали ровное сопение. Но те скромно промолчали, выдав только пару приглушенных смешков. Больше проблем не возникало, но Кьеко от этого не полегчало. Приехав в LME, она с тоской во взгляде окинула банкетки родного отдела, прикидывая, не прилечь ли на полчаса, но в дверях тут же возникла Котонами.
- Ты ничего мне не хочешь рассказать? – брюнетка сложила руки на груди и выразительно посмотрела на подругу. Из-за плеча, разрушая грозный образ, как-то никчемно торчал зажатый в руке розовый листок бумаги.
Могами подняла вопросительный взгляд.
- Что это за новость про твое приглашение на вручение музыкальных наград?
- А, да, - кивнула рыжеволосая ничему не удивляясь, - иду сегодня вечером.
- Так это правда? Почему ты согласилась? – удивлению Канае не было предела.
- А почему я должна была отказаться? – нахмурилась Кьеко, - Тсуруга-сан пригласил…
- Тсуруга-сан? – перебила брюнетка. – Ты ничего не перепутала? Ты хотела сказать «Шо». Ты что грезишь на ходу?
- А… Фува… - банкетки все же выглядели очень привлекательно, - да, он тоже приглашал.
Канае и недоуменно посмотрела на Кьеко. Мысленно махнув рукой на сонную, от которой бесполезно было ждать толкового рассказа, она все-таки вытащила из подмышки лист бумаги.
- На, это тебе просил передать Савара-сан.
- А что это? – без особого интереса в голосе спросила Могами.
- Разрешение директора уйти с работы в нужное тебе время…
- А почему розовое? – протянула, наконец, руку сонная тетеря.
- У Такарады спроси… - вручила документ брюнетка.
- Спасибо. Правда, зачем оно мне? – «Поспать», - моментально отреагировал внутренний голос.
- Тебе еще нужно собраться, не так же ты пойдешь! – опешила от глупого вопроса Котонами.
Кьеко задумчиво оглядела себя, всем видом показывая, что, в общем, примерно так и собиралась. Проследив за реакцией подруги, Канае взялась за голову.
Ближе к вечеру глаза перестали самовольно закрываться, а в голове прояснилось, как будто организм смирился с тем, что поспать все равно не удастся. К этому моменту Кьеко уже задумчиво стояла над пакетами с покупками у себя дома. Платье на вечер можно было и в костюмерной LME одолжить, но волевым усилием, не без влияния на него верной подруги Канае, было принято решение приобрести свое - первое роскошное вечернее платье Могами.
Приталенное черное платье до колена предполагало завершение образа в макияже и аксессуарах. Но с этим проблем уже не было. Еще в магазине актриса придумала себе образ в помощь, поэтому собрала весь необходимый боекомплект для полноценного перевоплощения. Через два часа дверь Рену открыла красивая, уверенная в себе девушка, за обаятельной улыбкой которой скрывалась королева тонкой светской игры.
Добавлено (30.03.2011, 18:28)
---------------------------------------------
Весь день Рен ждал вечера. И если бы Яширо не был так занят своими проблемами, он бы непременно поинтересовался, куда так спешит актер: на часы Тсуруга смотрел в перерывах от работы каждые 15 минут.
Вспоминая вчерашний подвиг, Рен успел не раз о нем пожалеть. Ушедший день унес с собой радость высвобождения столь долго скрываемых чувств. Новые сутки принесли нетерпение, подогреваемое циничной переоценкой собственных действий. Вчерашнее объяснение сегодня казалось Тсуруге непроходимой глупостью. Все не своевременно, не так, не теми словами. «А что теперь ждать от Кьеко? - опасливо задавался вопросом молодой человек. – Ведь умудрился же ее так огорошить». Молодой человек казнил себя за эгоистичное поведение. «Вел себя, как подросток, решил рискнуть. И не чем-нибудь – отношениями с любимым человеком. Поверил, что все можно решить одним вечером, одной провокацией. А если нет?» Сердце сжималось от мысли, что он мог все разрушить.
Съемка затягивалась, и это раздражало. В помещении каким-то техническим чудом было холоднее, чем на улице, а коллекция, как назло, самая, что ни на есть, летняя. Но холод не так сильно заботил, как висящие на стене напротив большие часы. Странно, что их медлительные стрелки вообще поспевали за течением времени. Казалось, иногда они забывали, что им нужно двигаться. «Когда же уже, наконец, закончится эта съемка?»
Фотограф попался под стать часам. Медлительный, задумчивый, нерасторопный. Тсуруга поймал себя на мысли, что этому человеку больше подошла бы профессия поэта или писателя: сидел бы себе, думал, и людям жить не мешал. Одернув себя, актер снова попытался сосредоточиться на работе. Но и эта попытка успехом не увенчалась. Впрочем, коллеги выглядели еще более отмороженными, так что, на состояние Рена никто внимания не обращал. В половине пятого вдохновенный творец все же сжалился над своими моделями и отпустил их.
Автомобиль скользил объездными улочками к дому Яширо. Изводить себя в пробках водитель не хотел. Не в первый раз Рен жалел, что порш - не скользящий сквозь время легендарный делориан. Но если обычно актер пытался обогнать время, то сегодня он был не прочь галантно пропустить его вперед, дав возможность паре часов затеряться в небытие.
- Рен, ты куда-то опаздываешь? - несвойственная манера езды отвлекла Юки от нервного перебирания в руках потрепанных за день листочков.
- Нет, - оскал выдался у Тсуруги почти звериный.
Юки растерянно посмотрел на актера.
- Что с тобой? Ты какой-то взвинченный.
- И это я слышу от человека, превратившего несчастные листы бумаги в носовые платки? – усмехнулся Рен, - Что это?
- А, сценарий… - Яширо отвернулся к окну, пытаясь скрыть заалевшие щеки. – Попросили помочь с детским спектаклем.
- Серьезно? – с трудом проглотил улыбку актер. – Кого будешь играть?
Актер надеялся, что забавная тема отвлечет его и успокоит.
- Тэнгу, а потом крестьянина… Но это не так интересно, - попытался увильнуть менеджер, - лучше расскажи, что тебе сказала Кьеко.
Тсуруга мысленно взвыл.
- Все, как ты и предполагал, так что нужно будет просто попросить Фуву придержать язык за зубами, - собрал все спокойствие в кучу актер.
- Только без скандальных разборок перед прессой, - предупредил менеджер. – Коршуны с удовольствием вцепятся когтями в подобную историю.
- Не волнуйся... Во сколько у тебя спектакль? – снова перевел тему разговора Рен.
- В 5 репетиция, на которую я надеюсь успеть, а в 6 – сам показ... А ты…
- О, я хочу это увидеть! – не дал «перевести стрелки» актер.
- Тебе в 7 к Кьеко, - выпалил Яширо.
- Но репетицию-то я успею посмотреть, - хитро покосился на соседа брюнет.
- Рен, не надо, - вздохнул Юки.
- Ты каждый день видишь, как я играю, теперь и я хочу увидеть, как играешь ты, - пожал плечами Тсуруга.
- Нет уж, ни за что! Даже и не думай. Езжай домой и собирайся на свою церемонию, - нахмурился шатен, - и вообще, давай о погоде, что ли, поговорим...
Рен улыбнулся. Не каждый день случается вывести из себя ненаглядного менеджера.
Добавлено (30.03.2011, 18:30)
---------------------------------------------
Собираю домашние тапочки 38-ого размера...
