Анчутка, не за что!Буду ждать вашего продолжения!!! очень интересно!!!

На таком месте!))) Когда же прода?

Извинения бесполезны... Да, обновлений не было больше полугода, за что я прошу прощения и обещаю исправиться!!! Простит все, кто читает, или читал этот фанфик, больше такого не повториться!!!

Глава 19
«Исчезновение»
Она и не подозревала, что на это будет так больно смотреть. То, как он целует не ее, а другую, совершенно сбило ее с толку. Совсем как в тот день, когда она впервые в жизни оказалась перед камерой, соревнуясь за призрачную роль с Рурикой-сан. Тогда он тоже одержал верх над ней в игре. И сейчас должно быть так же, но только почему эмоции не такие, как должны быть? Потому, что она полюбила его? Свой идеал, своего кумира, свою мечту? Но что плохого в том, чтобы хотеть исполнения заветной мечты? Что неправильного в том, чтобы всем сердцем желать быть с любимым человеком, даже если и сама понимаешь, что не достойна его?
Кьёко остановилась посреди тротуара, тяжело дыша. Только что она позорно сбежала со съемочной площадки, заметив ехидный взгляд Джуно-сан. За что она так? Может, каким-то образом поняла, что Могами неравнодушна к своему сэмпаю, а Саоки тоже нравится именно он? А, может, она и есть та самая девушка, которую Тсуруга-сан так любит?
Последние замки с ее сердца спали, позволив появиться Любви, которую она так долго скрывала в глубине своего сердца. И вот, пожалуйста, - сундук раскрыт, но легче не стало. Нет этого восторга, нет радости и умиления. Есть только боль. Безграничная, душераздирающая боль, которой нет конца, и от которой разрывается сердце и сама душа. Но ведь она знала, что так и будет, если она позволит чувствам взять верх над разумом! И все равно не смогла устоять ему… Тому, кто видит в ней только ученицу… Кохай… Впервые это слово вызывало не восторг и почтение к своему сэмпаю, а ненависть, что вместо слова «Любимая» куда большая вероятность услышать именно это грубое и простое, даже пресное и лишенное каких-либо чувств «Кохай»…
Слезы все никак не прекращались, но ливень, что разыгрался с обеда, никак не заканчивался, а потому заплаканного лица никто не видел. Только красные глаза да судорожные всхлипы выдавали состояние девушки, в остальном же она была случайным прохожим без зонта.
Возле тротуара медленно остановился белый лимузин, дверь которого тут же открылась и недовольный мужской голос властно произнес:
- Немедленно в машину!
Кьёко послушно кивнула и забралась в салон, вытирая мокрым рукавом лицо, которое она даже боялась поднять и посмотреть на президента. А что он может ей сказать? Обвинить в том, что она так и не смогла справиться с собой и провалилась как первый участник розовознаменного отдела «Люби меня»? Или вообще выгнать из агентства за то, что она не может справиться с собственными эмоциями и чувствами на съемочной площадке?
- Кьёко, милая, все в порядке? – теплый, заботливый и не на шутку встревоженный голос Джулии заставил девушку поднять глаза на тех, кто находился в автомобиле.
Точно возле нее сидела Джулия и взволнованно смотрела на названную дочь, Напротив расположились Кю и Лори. Но если отец выглядел таким же озадаченным, как и мать, то Такарада смотрел на девушку сквозь кольца сизого дыма с интересом и даже каким-то пониманием, от чего Могами невольно вздрогнула. Он понял!..
- Все хорошо, - сквозь новый приступ слез выдавила актриса, глядя только на президента.
- Что была за сцена? – без обиняков и каких-либо предварительных расспросов начал Лори, за что получил в ответ два полных ярости взгляда от четы Хизури, но равнодушно их проигнорировал.
- Я видела, как он… - начала Кьёко, совершенно не представляя, как описать все то, что, что они снимали буквально полчаса назад.
- Ясно, поцелуй Коджи и Мичиру, - понимающе кивнул президент. – А почему ты так отреагировала, сама то хоть знаешь?
- Да, - кивнула Могами, опустив голову и тем самым спрятав глаза. – Я…
- Ты полюбила Рэна, - не то спросил, не то утвердил Такарада, выпуская изо рта очередные колечки дыма.
Джулия и Кю, быстро переглянувшись, тут же перевели свои взгляды на дочь, ожидая ее ответа. Но Кьёко не произнесла ни слова, а только еще больше сжалась, обхватив себя руками за плечи, что выразило все гораздо лучше слов.
- Но в чем тогда проблема? – недоуменно спросил Кю, переводя взгляд с Такарады на Могами. – Почему ты ему не признаешься?
- И что я ему скажу? Что, не достигнув его уровня, я претендую на то, чтобы быть с ним вместе? Что, не обладая никакими очевидными достоинствами, я могу находиться рядом с ним? Я – никто! Мама была права! За два года я так ничего и не достигла, а сейчас даже если Тсуруга-кун примет меня, то это будет скорее как просто прекрасно использованный шанс без видимых усилий с моей стороны добиться известности и славы! Никто не обратит внимания на то, сколько я работала до этого! – пылко и с теми же слезами на глазах проговорила девушка, пытливо всматриваясь в лица собеседников.
Кю потупил взгляд, Джулия же недовольно нахмурилась и скрестила на груди руки, явно не согласная со словами дочери, но решившая не доводить ее до новых слез.
- Иными словами, ты хочешь сказать, что из-за вот такого расклада – что многие могут подумать именно так – ты можешь отказаться от своего счастья? – холодно осведомился президент, доставая вторую сигару.
- Да, - кивнула девушка, отворачиваясь к окну.
- Тогда ты так ничему и не научилась! – резко ответил Такарада. – Как ты сможешь в будущем играть влюбленную, если сейчас не позволяешь своим чувствам развиться, когда не хочешь поделиться ими с тем, кого любишь?
- Может еще и потому, что боюсь разбить себе сердце? – с отчаянием в голосе спросила Кьёко, всматриваясь в равнодушное лицо президента.
- Как ты узнаешь, разобьется оно или же воспарит ввысь, если ты не раскроешь своих истинных чувств перед любимым человеком? Да и запомни – когда по-настоящему любишь, не слушаешь никого и ничего, кроме собственного сердца. В такие моменты только оно говорит правду, истину и всегда поддержит. Поэтому мнение общественности ты должна отбросить как самую паршивую и никудышную отговорку, - сощурившись, проговорил Кю и тепло улыбнулся дочери.
- Но… - начала девушка, но ее перебили.
- Знаешь, слишком часто люди становятся несчастными только из-за того, что в свое время не признались любимым. А все потому, что, так же как и ты, боялись услышать отказ, в то время как их вторая половинка была абсолютно уверена в равнодушии первых, - мягко произнесла Джулия, взяв руку дочери в свою.
- Вы говорите так, словно я могу на что-то рассчитывать… - пролепетала загнанная в угол рыжеволосая, переводя взгляд с одного лица на другое и не зная, что уже и думать.
- Просто попробуй, а там узнаешь сама. Здесь мы ничего не знаем и потому сказать точно не можем. Только поверь, что узнав все сама, тебе станет легче. Как этому небу после столь проливного дождя, - кивнул в сторону окна Такарада и открыл дверцу автомобиля, выпуская потрясенную актрису на улицу, где во всю сияло солнце, отражаясь бликами от многочисленных луж. А точно перед глазами стояла семицветная красавица-радуга, словно предвещая тем самым, что все будет хорошо.
Поспешно повернувшись к президенту и родителям, Кьёко замерла – они уехали, даже не попрощавшись, дав возможность все обдумать. Как они красиво все расписали, все сказали! Но ведь если она и признается, то где взять уверенности в том, что ей ответят? А от того – где взять смелости, чтобы признаться?
Девушка тяжело вздохнула и опустила голову, рассматривая свое отражение в луже. И что ей делать? «Не сдавайся!» - громом прозвучало в голове, и актриса решительно кивнула. Она постарается сделать все, что будет в ее силах, только бы добиться расположения Тсуруга Рэна! Теперь нужно только тщательно все обдумать, как завоевать мужчину номер один в Японии, а это уже была задачка не из легких.
Но подумать ей не дал еще один автомобиль, что так же остановился возле нее. Вот только дверь теперь не открыли – вместо этого опустилось стекло со стороны пассажира, и Кьёко отшатнулась. На нее презрительно и холодно смотрела родная мать.
- Садись, - коротко бросила Сайена, отвернувшись от опешившей девушки.
- А если откажусь? – резко ответила Могами-младшая, вперившись взглядом в равнодушную мать.
- Тогда милый Шо просто заставит тебя поехать с нами, только это не нужно, - едко ухмыльнувшись, произнесла брюнетка и вышла из автомобиля, держа в руках увесистую папку.
- Что это?
- Доказательства того, что ты обманула своего президента и подделала мою подпись с разрешением сниматься и работать в этом вашем LME. Чего на деле, как ты сама знаешь, не было, - гадко ухмыльнулась Сайена. – Так что выбирай: либо ты едешь со мной, либо я отправляюсь к своему адвокату, и мы дружно выдвигаем против тебя обвинение в мошенничестве и фальсификации документов.
- Что тебе нужно? – прошептала девушка не своим голосом. А в голове билась одна мысль: «Это происходит не со мной! Это не по-настоящему! Это не моя мама!».
- Мы едем в Киото, - бросила Сайена. – Залезай в машину.
- У меня съемки… - попыталась было возразить Кьёко, но Сайена отмахнулась от дочери, как от назойливой мухи.
- Я поговорила с твоим режиссером, Наго-саном, так его кажется. На эту неделю ты свободна, а по поводу следующей посмотрим. Если поможешь мне все уладить к тому времени, то можешь возвращаться сюда, в Токио, - бросила женщина и села в автомобиль.
Кьёко нерешительно смотрела на заднее сиденье, а потом перевела взгляд на папку в руках матери. Ответ пришел сразу же – она едет, как бы неприятно ей не было.
- Постарайся все уладить быстрее, - сильно хлопнув дверью авто, сказала Кьёко ледяным тоном и откинулась на сиденье с таким видом, словно не они приехали за ней, а она их вызывала.
Сайена хмыкнула, а молчаливый Шо только недовольно посмотрел на рыжеволосую, что сейчас совершенно не походила на себя. Перед ним была попавшая под дождь Наоко, которую, видимо, уж слишком сильно разозлили. Да и вообще, в последнее время вся эта затея с возвращением дочери начала казаться блондину дикостью, жульничеством и просто хорошо построенной аферой, а мысли привели к тому, что Могами-сан не такая уж и хорошая женщина, какой казалась с первого взгляда. Ну а его, Фуву Шо, просто умело использовали. Вот только показывать, что он обо всем догадался, Шо пока не хотел. Слишком уж большим было желание узнать, что задумала эта Сайена Могами, да и возможность вернуть к себе Кьёко тоже была весьма заманчива.
- Шо, дорогой, - неожиданно мягко после столь грубого разговора с дочерью, произнесла Сайена, - перед тем, как поедем в Киото, нам нужно еще кое-куда заехать.
- Куда именно, Могами-сан? – несколько напряженно произнес Шо, едва ли вновь не попадая под чары этой необычной женщины.
- К моему адвокату. Он составил договор, который моя Кьёко должна будет подписать.
- Что еще за договор? – подала голос девушка.
- О том, что ты полностью подчиняешься моим распоряжениям на ближайшие два года…

lenexija, спасибо огромное Меня помнят и не ругают!!! Как же я рада!!!

Да как можно ругать за такую замечательную проду???!!!!!!!!!

Ух ты!!!! КАК же я рада что продка появилась!!!!!!!!Теперь раз Вы сказали, что такое не повторится, то я уже счастлива!

SUN, Евгения Пронина, спасибо огроменнейшее!!!Безумно рада

А можно спросить? А продка скоро будет?!?

Евгения Пронина, сегодня-завтра постараюсь выложить

Анчутка, продолжение порадовало жду проды Ой ну не просто же так шестеренки в блондинистой шевелюре заработали Жду экшена

что правда????? я так счастлива!!!!!

Valik@, спасибо за отзыв! К тому же, обещанное продолжение. Оно небольшое, за ошипки и очепятки прошу прощения. Приятного прочтения!!!

Глава 20
«Ненависть»

- Никуда я с тобой в таком случае не еду! – решительно заявила Кьёко, гневно глядя на мать.
- Могами-сан, а вы уверены, что это так необходимо? – подал голос Шо.
- Просто только так я могу быть уверена, что она никуда не сможет уйти, Шо-чан, - тепло сказала Сайена. – Неужели ты не понимаешь, что если я хотя бы так не оставлю ее рядом с собой, то она просто напросто вновь уйдет куда-нибудь с этим страшным человеком?
- Не смей говорить о нем так! – вскипела девушка. – Он – лучший из всех людей, которых я знаю, в то время как вам двоим я нужна только для достижения собственных целей!
Шо замер, в то время как Сайена на секунду нахмурилась, думая, как ей выкрутиться из сложившейся ситуации. Если она, эта глупая девчонка, сейчас скажет что-нибудь о том, какова ее мать на самом деле, на поддержку этого глупого мальчишки можно буде не рассчитывать.
- Шо, что Кьёко имеет в виду? – переключилась Сайена, старательно изображая непонимание, замешательство и даже легкую неприязнь. – Что ты сделал с моей дочерью?
- Ничего, Могами-сан, совершенно ничего! – принялся активно убеждать ее Фува. Только бы эта женщина успокоилась и не спрашивала ничего больше, ведь глядя на нее, блондин почему-то ярко представил Сайену-сама в образе дьяволицы.
- Правда? Кьёко, ты – жалкая лгунья! – отрезала женщина, резко подняв подбородок.
Кьёко отшатнулась, вжавшись в спинку заднего сидения. Да за что же ей это? Ну почему мать так сильно ее ненавидит? Неужели только за то, что она, Кьёко, родилась девушкой? Где-то из глубин сердца наружу вновь начала пробиваться злость и ненависть. Такая же, как когда ее бросил Шо. Но нет, в этот раз она не будет мстить, нет, она просто будет делать все так, как будет считать нужным, чтобы потом Тсуруга-кун не мог сказать, что она ничему не научилась в своем отделе. Что она все еще только и делает ради мести и все ее старания только ради нее. Нет, пусть она и будет ненавидеть, но не мстить. Никогда больше она не опустится до этого состояния.
Шо напряженно думал над тем, что же ему сейчас делать. Согласиться с Могами-сан и заставить Кьёко подписать договор или поступить так, как ему сейчас нашептывает совесть? Совесть – это правильно, но если девушка подпишет документ, то ближайшие два года он сможет быть с ней столько, сколько получится, так еще и вновь займет первое место в ее жизни, а главное – в сердце. Фува довольно улыбнулся. Ладно, как он и считал изначально, Могами-сан весьма разумная женщина, пусть даже с малость странным характером, а значит – на нее можно положиться. Блондин довольно улыбнулся своим мыслям и прибавил газу на авто, стараясь осуществить задуманное как можно скорее.
Но человеком, который действительно радовался, была только Сайена. Да, все шло точно так, как она и хотела. Наивный и глуповатый Шо помогает ей абсолютно во всем, дочь заманила, а бизнес, который она недавно открыла в Киото, станет стремительно развиваться, если периодически в ее отеле будут появляться такие известные личности, как этот Фува или даже ее дочь. Пусть даже последняя все еще не так популярна и знаменита.
Единственное, что настораживало Сайену – этот Тсуруга Рэн. Она не знала, заметил ли Фува то, что сказала Кьёко об этом человеке, но сама женщина прекрасно поняла, что ее дочь чувствует. Да и сложно это упустить, тем более когда фраза произносится с таким чувством и эмоциями. Хорошо, после можно подумать, как и его привлечь в Киото, его тоже можно будет использовать, осталось только придумать, как заставить его исполнять план Могами-сан. Вот только он явно не такой наивный, как Шо, а это плохо. И если не получится им управлять, то лучше держаться от него подальше… Каким-то непостижимым образом этот брюнет ее пугал…
Сайена замерла. Нет, Тсуруга был не единственным, кого ей стоило бояться, опасаться и избегать. Еще эта парочка, которая нагло назвалась родителями Кьёко. Как же их там звали? Ах, да, Кю и Джулия Хизури. О мужчине Сайена не могла сказать ничего, но вот эта блондинка… О, Сайена знала таких – упорные и настойчивые, которые всегда добиваются своего, прикладывая все усилия, но гнушаться использовать нечестные методы, которыми она сама, Могами, пользовалась почти все время. Она ненавидела тех, кто мог только трудом добиться своего – сама же привыкла сдаваться, почему другие так не могут? Ведь легче обмануть, обыграть, манипуляциями достичь желаемого… Нет, она не переносила тех, кто был лучше нее!!! Она всем им покажет! Всем! Пусть даже используя наиболее грязный метод из своего арсенала – шантаж родной дочери.

Рэн совершенно ничего не мог понять. Он уже около часа искал Кьёко: он осмотрел весь павильон, все гримерные, побывал на съемочной площадке Котонами-сан, после чего они начали искать Кьёко вдвоем, а когда присоединился и Яширо, то они изучили вдоль и поперек все здание вообще, но следов девушки не нашли. Словно в воздухе растворилась. Рэн даже звонил ей несколько раз, но каждый раз она не брала трубку, пока не оказалась, что телефон в ее гримерной. Последним вариантом оставалось расспрашивать у сотрудников.
Наго-сан попросил не беспокоить его ближайшие минуть пять, а потом он может быть полностью в их распоряжении. Но до тех пор – его не трогать. Операторы все в один голос кричали, что в последний раз видели девушку, когда она выбегала со съемочной площадки, сценариста трогать было бесполезно – он тщательно тарабанил по клавиатуре, стараясь, не переделывая отснятое, переместить Наоко на первый план и изменить поведение Мичиру в связи с последними событиями на съемках.
- Тсуруга-кун, что-то случилось? - протянула Джуно, поправляя прическу. Ей предстояло отснять последний эпизод на сегодня, но войти в роль пока еще не получалось – она все еще злилась на режиссера за изменение характера ее персонажа.
- Саоки-сан, вы не видели Кьёко-чан? – с надежной в голосе спросил Рэн, внимательно глядя на актрису.
- А зачем вам эта бездарная девка? - отвернувшись от мужчины, недовольно спросила девушка.
- Как вы ее назвали? – прозрачным и пустым голосом уточнил Тсуруга.
Яширо поспешил попятиться от разъяренного актера, утягивая за собой и Котонами. Не к добру это его настроение, совершенно не к добру! Он же сейчас эту девушку растерзает!
- Бездарная девка с безвольным персонажем! Я бы не сказала, что она так гениально играет, что ее сейчас будут выводить на первый план, скорее всего чета Хизури неплохо приплатила режиссеру за это! – закончила Саоки и, обернувшись к брюнету, застыла, испуганно глядя на актера.
- Никогда не смей так говорить о Кьёко-чан! – ледяным, убийственным голосом произнес Рэн.
- Но ведь… - Джуно попятилась – холодный, пронизывающий взгляд по-настоящему пугал. Это уже был не тот Тсуруга Рэн, которого она знала, а кто-то другой, человек, который ничего не боялся, ни с кем не считался, и был жесток, как сам дьявол.
- Я сказал тебе всего пару милых фраз, и ты решила, что я проявил к тебе какое-то особое внимание и уж тем более заинтересовался тобой? – ухмыльнулся уже не Рэн, а Куон.
- Кто вы?.. – Саоки попятилась, с ужасом глядя на актера.
- Тебе это знать не обязательно, - ледяным голосом ответил Тсуруга и отвернулся от актрисы. – Я спрашиваю еще раз – где она?
- Кажется, у матери, - только и ответила Джуно, провожая взглядом стремительно удаляющегося актера. – Они должны были уехать в Киото, так сказал Наго-сан…
- Спасибо, - не меняя выражения лица, произнес брюнет и направился в сторону выхода. – Яширо, отмени все, что у меня было запланировано на сегодня, я уезжаю.
- Тсуруга-сан, Кьёко…- начала Канае, но совершенно не представляла, как продолжить.
- Я верну ее. Верну в целости и сохранности, и больше никто и никогда не посмеет ни так с ней обращаться, ни вести себя с ней так, как это делают такие люди, как ее мать и этот безмозглый певец! – и больше не произнеся ни слова, Тсуруга быстро покинул помещение, полностью рассчитывая на своего менеджера.
- Яширо-кун, он сейчас… - Канае непроизвольно ухватилась за руку мужчины и крепко ее сжала.
- Да, порой он бывает как сам дьявол, вот как сейчас, но не беспокойся – он все решит. А ты пока возвращайся к себе на съемки, а я здесь все улажу.
- Хорошо, - кивнула Котонами, погружаясь в свои мысли. Значит, первый мужчина в Японии полюбил лучшую подругу Мооко. Нет, она конечно догадывалась об этом, но чтобы все было настолько серьезно – этого Канае не могла предположить. Но сейчас ей не оставалось ничего другого, кроме как рассчитывать на это человека и перестать переживать за подругу, хотя последнее сделать было сложнее всего.

- Он уже в третий раз звонит. Неужели хочет поделиться хорошими новостями? – довольно произнес Лори, глядя на супругов Хизури с видом сообщника. – Ладно, так и быть. Алло?..
- Какого черта вы так долго не отвечаете? – прорычал голос Тсуруги на весь салон автомобиля.
- Что-то явно пошло не так… - пробормотала Джулия, в ужасе глядя на мужа.
- Рэн, что случилось? – спокойно спросил Такарада, отмечая, что на другом конце линии свистит ветер – Рэн явно был в авто и ехал с чудовищной скоростью.
- Она пропала! Эта ведьма, которая называет себя матерью Кьёко, забрала ее в Киото!
- Мы виделись полчаса назад, а эта женщина уже успела провернуть все так, чтобы Могами-кун оказалась рядом с ней? – деловым, жестким и несколько жестоким голосом осведомился президент, начиная вскипать.
- Она добралась до нашей дочери? – прошипел Кю, подаваясь всем телом вперед.
- Мне плевать, когда вы виделись! – продолжал Рэн. – Помогите мне вернуть ее!
- Мы едем, - только и ответил Лори.
- Спасибо, - выдохнул Тсуруга и положил трубку. Если они смогут ее вернуть и избавиться от этой особы, что так внезапно появилась в их жизни, да еще и требовала внимания девушки на правах матери, которых не имеет, он сделает все, что они были вместе, чтобы в будущем такого не повторилось!

Анчутка, спасибки! Молодец Рен! Сделай эту женщину, отправь ее в нокаут! Буду ждать проду! Надеясь что она будет скоро!

,

Эмммм....Я наверное слишком требую.... но скоро Продка будет? просто этот фанфик мне так нравится!!!

Евгения Пронина, аааа, мой фик нравится людям Продолжение будет в самое ближайшее время! Постараюсь не разочаровать!)

Анчутка, спасибо!!! Вы меня обрадовали!

Анчутка, давно я заглядывала на форум, и тут продолжение! Причем замечательное продолжение! Но чувствуется, что уже скоро конец, поэтому становится немного грустно. Жаль будет расставаться с таким замечательным фанфиком.
С огромным нетерпением жду проды!