Я вернулась с новой главой! (как, собственно, и обещала
) Предупреждаю сразу - глава не редактировалась еще, поэтому особо не пинать (если можно
) Приятного прочтения!
Глава 17
«Вечер»
- Ты уверен, что ничего такого не сделал? – продолжал допытываться Кю у сына, в то время как Кьёко допрашивала Джулия.
- Все, что я позволил себе сделать, так это обнять ее. И то только потому, что она меня об этом попросила, - выдохнул Рэн, пытаясь понять – может он и правда что-то сделал не так?
- Постой! – неожиданно прервал размышления брюнета блондин, вскинув вверх руки, словно просил говорить помедленнее. – Она
сама попросила тебя ее обнять?
- Да, - кивнул Тсуруга, озадаченно глядя на отца.
- Ох, моя дочь, наконец, начала все понимать! – воскликнул Кю, едва не танцуя от радости, а потом тихо добавил, обращаясь к самому себе. – Я все же доживу до внуков, если только теперь они оба не начнут давать задний ход.
- Пап, ты о чем? – непонимающе спросил Рэн, даже забыв, что не обращался так к отцу уже лет шесть.
- А? Да так, ни о чем конкретном, - отмахнулся Хизури, открывая холодильник и доставая оттуда огромный торт, сопровождая процесс словами: «Это нужно отметить!».
- Не знаю, что ты решил отметить, но у меня завтра съемки, как, собственно, и у Кьёко. Поэтому я поехал!
- Куда? – лицо Кю тут же показалось из-за дверцы холодильника и приняло возмущенное выражение. – Останешься спать у нас! Рядом с комнатой Кьёко есть еще одна свободная спальня! Так что если уж очень устал – иди туда!
Актер ошарашенно смотрело на отца, не в силах произнести ни слова. А он уже и забыл, какого это, когда тебе что-то говорят родители, да еще и тоном, не терпящим возражений.
- Хорошо, - кивнул Рэн, решив, что лучше выбирать меньшую из зол. Большей наверняка бы оказалась мама, и тогда из этого дома он не вышел бы еще как минимум неделю. Причем еще и откормленным до такого состояния, что в дверь он вряд ли бы прошел.
- Третья дверь слева! – крикнул вслед удаляющемуся сыну Кю, вновь залезая в холодильник и пытаясь найти там еще что-нибудь, что не успел уплести во время обеда.
- Кьёко, милая, что тебе сказала эта ужасная женщина? – допытывалась Джулия. То, почему она удрала от Рэна, блондинка догадывалась, подробности она узнает и попозже, а пока нужно разобраться с этой ведьмой. Потому что если так будет продолжаться и дальше, то счастью и любви, которое только начало пробуждаться в этих двух тугодумах, не суждено расцвети! А она еще планировала увидеть внуков! Наверняка таких же милых и очаровательных, как и Рэн с Кьёко. Она уже даже начала думать над именами для детей, а если эта… дамочка… все испортит!.. Лучше бы тогда ей убираться обратно туда, откуда она и прибыла!
- Ничего, - покачала головой девушка, но увидев недовольное лицо названной матери поспешила все ей рассказать.
Все время пока Кьёко говорила Джулия сидела с непроницаемым каменным лицом. То, что она все же человек, а не скульптура и имеет эмоции, говорили только ее насупленные брови и поджатые от недовольства губы, которые превратились в тонкую полоску.
- И это она сказала родной дочери? – как только рыжеволосая прекратила говорить, взорвалась блондинка, яростно сжимая кулаки. – Шантаж, значит! Ну, уж нет, дорогуша, я использую против тебя твое же оружие! Ты от меня теперь так легко не отделаешься!
Кьёко смотрела на мать глазами одновременно полными страха и обожания. Неужели есть на свете люди, которые будут так заботиться о ней? Да что там будут – уже заботятся, да еще и с такой лаской, что от этого хочется петь и танцевать! Девушка с нескрываемой нежностью посмотрела на мать. Какие же у нее все-таки замечательные родители! И их сын…
Нежность тут же исчезла, уступив место панике и сомнениям. Что это еще за странное чувство вспыхивает в ней каждый раз, когда рядом находится Тсуруга-кун? Откуда это ощущение спокойствия и уверенности в том, что ты в полной защите, и никто не посмеет тебя обидеть? И почему так хочется, чтобы он никогда не отпускал тебя, когда его руки так крепко тебя обнимают?
Голова шла кругом от таких размышлений. Хотелось плакать от того, насколько же все запутано! Ну ведь не могла же она в него влюбиться! Просто не-мог-ла! Это было бы предательством по отношению к Тсуруга-куну, к актерскому мастерству и к самой себе! Ведь она дала себе непреложную клятву ни в кого не влюбляться! А тут…
Кьёко отчаянно замотала головой, откидывая прочь все мысли. Она подумает над всем происшедшим потом, а сейчас лучше просто лечь и поспать. За родную мать она перестала переживать, как только Джулия заявила, что разберется с ней. А насколько поняла девушка свою названную маму, то ту ничто не может остановить, если она поставила перед собой какую-либо цель.
Блондинка с интересом смотрела на дочь, пытаясь понять, о чем именно она сейчас думает. Хотя отследить поток ее мыслей и не составляло особого труда. Первые эмоции (состояние щенячьего восторга) объяснялось весьма просто – столько заботы о рыжеволосой не проявлял никто. Потом секундное замешательство и мило-отрешенное выражение лица – наверняка думала о Рэне. И, наконец, испуганное, недоверчивое и немного даже озлобленное – «я ведь не могу любить своего сэмпая!».
Джулия тяжело вздохнула и решительно поднялась на ноги.
- Ложись-ка спать! Завтра у тебя съемки, а к ним ты должна выглядеть отлично! Иначе, какая из тебя главная героиня?
- Но я не главная героиня… - тихо проговорила девушка, но Джулия, уже стоявшая в дверях, ее все равно услышала.
- Как это не главная героиня? – тут же вскричала блондинка, резко развернувшись на каблуках.
- Я одна из основных персонажей, но не главная героиня, - пролепетала Кьёко, вжав голову в плечи.
- Постой! Так ты еще ни разу не сыграла главной роли?
- Нет, - покачала головой девушка с таким видом, словно была в чем-то виновата.
- Хм… Ну ладно, - задумчиво протянула Джулия. – Если что, скажи нам, мы можем помочь…
- Нет! – громко и четко, даже немного резко, ответила Кьёко, чем немало удивила блондинку – такой решимости у дочери она еще не видела. – Я хочу всего добиться сама! Я хочу быть уверенной в том, что все, чего я достигла – это результат моего труда, что никто мне не покупал место в шоу-бизнесе! Прости меня, мама, если я сейчас оскорблю тебя, но я не хочу, чтобы мне, как когда-то и Куону, говорили, что я снимаюсь только благодаря знаменитым родителям! Я хочу достичь всего сама, так же, как этого достиг и Рэн…
Джулия еще несколько секунд не могла прийти в себя. Все это сказала ее милая и скромная Кьёко? А потом на губах блондинки заиграла улыбка – кто бы мог подумать, сколько решимости скрыто в этой юной и хрупкой девушке!
- Я не оскорблена, милая, - все с той же нежностью произнесла Джулия. – Я горжусь тобой! А теперь – ложись спать. Спокойной ночи!
- Спокойной ночи, - ответила недоумевающая Кьёко. Как это возможно? Она только что наговорила столько грубостей, а ей за это еще и гордятся? Как такое возможно?
Пожав плечами, Кьёко быстро переоделась и забралась под одеяло, укрывшись с ним почти по самую макушку. Сонное состояние исчезло в неизвестном направлении, и возвращаться в ближайшее время явно не собиралось. Поворочавшись с одного бока на другой, Кьёко уже начала помышлять над тем, чтобы почитать сценарий (а вдруг он возымеет должный эффект и Могами уснет?), даже взяла его в руки, но в дверь постучали.
- Да? – почему-то не утвердила, а именно спросила девушка, глядя на дверь и все также не вылезая из своего кокона.
- К тебе можно? – из-за приоткрытой двери раздался голос сэмпая, отчего девушка тут же внутренне напряглась.
- Да, конечно, - кое-как справившись с волнением, ответила Кьёко.
- Еще не спишь?
- Нет! Конечно же нет, - поспешила заверить сэмпая девушка, натягивая одеяло еще выше, как только дверь начала приоткрываться.
- Я могу войти? Потому что, знаешь, как-то не совсем удобно говорить с тобой через дверь, - улыбнулся мужчина, как только вошел в комнату.
- Конечно! Я все понимаю…
«Кроме того, что сейчас творится в моей голове», - подумала Кьёко, внимательно глядя на Тсуругу.
- Решила повторить сценарий? – взглянув на папку в руках актрисы, спросил Рэн.
- Угу, думала, что это поможет уснуть, - кивнула рыжеволосая, не отводя взгляд от брюнета, который сел на краешек ее кровати. Интересно, а почему еще и дыхание перехватило? И вообще – почему так сложно отвести от него взгляд?
- С чем-нибудь помочь? – спросил Рэн, стараясь держать себя в руках и не задать волнующий его вопрос – почему она так неожиданно от него убежала, когда сама же и попросила обнять?
- Может… сцену, где Наоко пытается понять, почему Коджи любит не ее? – произнесла Кьеко и тут же пожалела об этом. Зачем она это сказала? Почему вспомнила именно про эту сцену?
- Эм… хорошо, - немного удивленно произнес Рэн, внимательно глядя на кохай. Что же это с ней в последнее время, раз она уже такие сцены просит отрепетировать? До съемок этого эпизода еще по меньшей мере месяц, а она уже готова играть эту сцену?! Да Тсуруга был просто уверен, что именно эту сцену Могами попросит снимать едва ли не последней, но чтобы еще и репетировать ее!.. Это было выше его понимания…
- Начнем с самого начала диалога Наоко и Коджи? – как-то сжавшись всем телом, спросила девушка, испуганно глядя на сэмпая.
- Да, но только… - начал актер и замолчал, глядя на скованность возлюбленной. – Сомневаюсь, что твоя Наоко настолько зажата в присутствии своего друга детства и по совместительству – любимого.
- Ой, да, простите! – тут же воскликнула рыжеволосая и уже спокойнее посмотрела на наставника.
- Начинай, - несколько изменившимся голосом произнес Рэн, и Кьеко на секунду застыла – сколько тепла и ласки было в этом голосе! Это был уже не Тсуруга Рэн, а Коджи и от этого становилось как-то больно. Почему Тсуруга-кун не может таким же голосом общаться с ней, с Могами? Почему всегда этот несколько наставительный тон, словно она в чем-то провинилась и тем более не права?
- Кьеко-чан? – актер заинтересованно посмотрел в лицо любимой.
«И вот опять этот голос! – недовольно подумала девушка и тут же едва не принялась колотить себя. – Какой непрофессионализм! Ааа, простите меня Тсуруга-кун!»
- Прости, что ты сказал? – уже не Могами, а Наоко спросила у дезориентированного актера. Да что же это с ней сегодня, в конце концов?
- Спросил, о чем бы ты хотела со мной поговорить? Ты сегодня утром ко мне подходила, помнишь? – быстро нашелся Рэн, моментально войдя в роль.
- Даааа, помню… - как-то неуверенно протянула девушка, убирая мешающую прядку волос с лица. – Просто…
- Ой, да брось! Мы знакомы уже слишком долгое время, чтобы ты стеснялась меня о чем-либо спрашивать! Рассказывай, сестренка, - улыбнувшись лишь одним уголком губ, произнес Коджи, сощурившись. Уж он-то знал, как не любит такое обращение Наоко.
- Не называй меня «сестренка»! – тут же недовольно откликнулась девушка, сердито надув губки и метая молнии глазами.
- Ну, так в чем твоя проблема, может, скажешь? – заинтересованно протянул парень.
- Ну… эм… просто… - вновь замялась девушка и отвела взгляд, совершенно не зная, куда бы посмотреть. Но только не на Коджи!
- Ты что – влюбилась? – ошарашено спросил юноша, невольно приблизившись к девушке.
- Что?! – тут же воскликнула девушка, уже не совсем понимая, она это говорит, или ее персонаж. – Нет! Просто…
- Быть не может… - только и смог сказать брюнет. Больно. Как же сейчас стало больно! Ведь это была уже не Наоко, а его милая Кьеко. Неужели она влюбилась? Но в кого? Кто смог покорить ту, что поклялась больше никогда не любить? А может еще остался шанс, и это была всего лишь ее реплика, а не настоящие чувства?
- Мне стало интересно, что такого нужно сделать, чтобы понравиться парню, - отведя взгляд, тихо произнесла Наоко, продолжая прервавшийся на минуту разговор. – Вот за что тебе нравится Мичиру?
- Ну, за то, что она такая, как есть, - придя в себя, смог ответить молодой человек. – Она добрая и всегда готова помочь любому, кто в этом нуждается. Мичиру всегда отстаивает свою току зрения и никогда не ввяжется в спор, если не уверена в том, о чем ее спросили. Да и вообще, как-то сложно ответить на этот вопрос! Каждому нравится что-то свое.
- Ну, а если взять, к примеру, тебя. Есть что-то, что ты бы хотел изменить в Мичиру или добавить что-то, чего у нее нет в характере?
- Даже не знаю, - задумчиво протянул Сакурада, - мне все в ней нравится. Единственное, чего ей не хватает, так это чувства такта – она всегда опаздывает, - улыбнувшись, добавил парень. – Вот и все.
- Все?
- Да. О, единственное, что ей нужно будет сделать, так это научиться готовить. Например, так, как ты. Ты в этом плане просто профи!
- Угу, - задумчиво протянула девушка, не глядя на замечтавшегося друга и отчаянно пытаясь сдержать слезы.
«Похоже, что он не играл сейчас, а описывал саму Саоки-сан! Но здесь все понятно – она красивая, умная и точно подходит ему, а я… Я неудавшаяся актриса, которая за два года не достигла даже того, чтобы о моей карьере знал кто-то помимо друзей и агентства».
- Кьеко-чан, уже поздно, тебе следует отдохнуть, - неожиданно произнес Рэн. – Завтра у нас съемки, ты ведь помнишь?
- Да, конечно! – справившись с дрожью в голосе, ответила девушка, внимательно глядя на сэмпая и отчаянно стараясь не заплакать.
- Тогда я пойду. А тебе спокойной ночи, Кьеко-чан! – нежно улыбнулся брюнет.
- И вам, Тсуруга-кун, - выдохнула Могами, глядя на уже закрывшуюся дверь.
«Хорошо, что ушел, - подумал Рэн, как только закрыл за собой дверь. – Еще секунда и не выдержал бы, а просто обнял, и было бы плевать на то, что она бы обо мне подумала. Даже не смотря на то, что потом бы упрекал себя следующие несколько дней. Милая, почему же ты не обращаешь на меня никакого внимания, как на мужчину? И кто тот счастливчик, который тебе нравится? Хочу увидеть его и понять, достоин ли он ее…»
« Хватит уже прятаться от самой себя. Ты любишь его… Вот только он тебя, похоже, что нет. Смирись, видимо такая у тебя судьба – никогда не быть с тем, кого по-настоящему любишь…» - подумала девушка и, уткнувшись лицом в подушку, глухо зарыдала.
, я что забыла написать автору о том, какая у неё замечательная прода?!!!! 
А МОЖЕТ ИЗ-ЗА ЭТОГО АВТОР БРОСИЛА НАС!!!!!???!!!!! 
Как Я могла не заметить этот фанфик, если сама практически ночую на форуме? Ааааааа, Автор-сан, простите меня грешную!!!:isterika: 
